— УМ25. У них есть программа для студентов старшей школы, заинтересованных в инженерной специальности. Но всё зависит от того, вернется ли мой брат домой на лето, фондов, целая куча разных причин.
— Что насчет МТИ и раннего поступления?
— Столько перемен, Хлоя. Более причин, почему мне нужно время подумать.
Все еще? Я слушаю его объяснение об обеих программах, и мне, действительно, хочется быть более заинтересованной, но единственный вопрос, который пылает в моей голове на данный момент: Могу ли я поцеловать тебя сейчас?
Возможно, мое жалостное лицо выдает меня, потому что он останавливается и щурится:
— Ты в порядке?
— Да, я в порядке. — лгу я. Лучше не бывает!
— Уверена?
Я сжимаю губы и киваю. Я хочу сказать: «Нет, я не в порядке из-за принудительной неопределенности, Гордон», но я сдерживаюсь. Хотя не знаю, насколько долго я смогу сдерживаться.
— Потому что я хочу, чтобы ты знала, — он продолжает, — что я ценю все это время, что мы провели вместе.
Ценю? Я хочу плюнуть этим словом ему в лицо и заставить его объяснить, почему он говорит о нас в прошедшем времени, словно между нами все кончено, когда он сказал, что ему нужно только немного времени. Но по какой-либо причине я не могу заставить себя сказать слово. Не здесь, в потоке людей, проходящих мимо.
Я отвожу взгляд и осматриваю коридор, гляжу на что-угодно, только не на его лицо. За три месяца нам удалось перейти от препирающихся противоположностей в вынужденной ситуации до двух людей, которые понимают и любят друг друга. Это мир моих мечтаний. Теперь он говорит, что ценит меня.
— Как химия? — спрашивает он, меняя тему. Если бы он так переживал за мою оценку по химии, он бы занимался со мной после школы. Это могло бы быть нашим raison d’etre26, если все остальное провалится, по крайней мере, он мог бы быть по-прежнему моим репетитором-сверстником.
— Прекрасно. Все идет хорошо. Сдам, в конце концов. — Конечно, это другая ложь, но если у меня есть надежда вернуть Гордона, он должен видеть, что я ответственная, преуспевающая, относящаяся к жизни серьезно, что у меня есть цели. Как у него. Он не должен разглядеть хаос, в котором я нахожусь.
— Ты уверена? — он смотрит вниз на меня. Он кажется выше сегодня. Или, может быть, я просто сжимаюсь.
— Да! Почему ты продолжаешь спрашивать? Ты мне не веришь?
— Конечно я верю тебе. — Он смотрит на мою руку. Я горю желанием, чтобы он взял ее, сжал, положил на свое сердце. — Всегда верил.
Я не могу понять. Не могу понять эти смешанные сигналы. Если он хочет меня, то должен сказать мне. Если нет, он должен сказать мне, так я смогу двигаться дальше. Я открываю рот, чтобы заговорить. Должно быть что-то, что убедит его, что поставит его на прямой путь к моему сердцу. Но что?
— Хлоя… — начинает он, прежде чем у меня появляется шанс сказать ему что-то. — Я знаю, я огорошил тебя с этим перерывом, но на меня сейчас столько всего навалилось, и… я просто не ожидал иметь девушку. Ты застала меня врасплох, я не хотел разозлить тебя на днях, но я хочу, чтобы ты поняла.
Я киваю, внимательно наблюдая за его карими глазами в поисках лжи. Но там нет никакой дрожи, никаких колебаний. Он смущен. По крайней мере, он признал, что я вывела его из равновесия. Я улыбаюсь, гордясь своими способностями. Это лучшее, чего я сейчас добилась.
— Гордон, делай то, что должен делать. Но я хочу быть с тобой, по-настоящему. Если это не удастся, это не удастся. Ты сводишь меня с ума иногда, но с тобой я счастлива. У нас есть нечто уникальное, и я знаю, что мы можем быть вместе, несмотря на родителей. Я просто хочу, чтобы ты знал.
Вот. Все карты выложены. Прими это или оставь. Он улыбается, и поскольку мое дыхание останавливается, чтобы запечатлеть данный момент, он берет мою руку в свою.
— Я понимаю все, что ты говоришь. Давай поговорим снова, когда школа закончится.
Это полтора месяца! Мое сердце качается в груди, словно буек в бухте. Сосредоточься на положительном. Возможно, он захочет снова быть вместе, когда школа закончится. Я отрываюсь от его объятий, прежде чем мои глаза снова увлажнятся. Я не буду плаксой. Плаксы никогда не получают то, что хотят.
— Ладно, давай так и сделаем. Мы поговорим через пару недель. Учиться, учиться!
Я улыбаюсь и быстро покидаю его.
Я направляюсь к выходу из школы. Никакой пристани Мёрфи сегодня. Сегодня я начну все с начала, как я сделала в тот день, когда встретила Гордона. Только на этот раз я действительно собираюсь это сделать. Я буду играть в эту игру честно. Я не буду больше ныть о Гордоне. Я не буду винить внешние источники в недостатке моих знаний — ни мистера Руни, ни Гордона, ни то, что у меня было девять месяцев траура. Я возьму на себя ответственность и найду кого-то, кто может мне помочь взять все под контроль. Даже если это девгулии с металлическими ртами, любящие скрепки.
Глава 25
