– Ошибаешься. Ты разузнал обо мне кое-что, но упустил самое важное. Видишь ли, я вовсе не демон. – Выдержав паузу, как и требовалось от короля драмы, он изрек с высоко поднятой головой: – Я Покровитель.
В ту же секунду перед крейнцами взметнулся черный дым, обжигая кожу, глаза и легкие. Часть их сразу в судорогах забилась на земле, вопя во все горло. Стихийники остановили распространение дыма огнем и водой, но некоторым из них тоже досталось. Яды, входившие в состав дымовых шариков, не оставляли значительных ран на теле, но причиняли мучительную боль и парализовывали.
Маг Четырех Сторон попятился за солдат, но не смог спастись от прикосновения дыма к коже. Его рука будто пылала в печи и к тому же потеряла подвижность.
– Убить их! – хрипло выкрикнул он, закрывая лицо плащом и продолжая пятиться.
Арбалеты щелкнули, выпуская болты со смазанными ядом наконечниками.
Ветер смел все арбалетные болты, и они с треском воткнулись в деревья поблизости или упали в снег. Дюжина крейнцев и четверо северян с Найтом в качестве поддержки столкнулись с оглушительным грохотом магии и звоном оружия.
Кисточка шмыгнула Найту в капюшон, а он швырнул мешочки со светящимся порошком в крейнских солдат и вынул из сумки горсть черных шариков.
Маг Четырех Сторон прорвался через дым с таким выражением лица, будто собирался воспламениться на месте от гнева или разорвать юношу пополам.
– Ты – Покровитель?! – взревел он, метая замораживающие заклинания одно за другим. – Хватит лгать! Ты демон и ты предал своих! Ты должен умереть!
Обиженный Найт отразил атаку аурой и швырнул мешочек ему в лицо:
– Да почему ты мне не веришь, сволочь?!
Весь обсыпанный порошком и сияющий, будто огромный светлячок, маг с разбега влетел прямо в Найта. Не ожидавший такой резкой перемены стиля атаки Покровитель изумленно вскрикнул и рухнул в снег.
Началась борьба.
– Отвали! – Найт изо всех сил пинался и отфыркивался от летящего в лицо снега.
– Сдохни!
С хлопком из ладони мага вылетела красная вспышка.
Найт удивленно охнул. Вся правая сторона его груди могла быть обожжена мощным заклинанием, но, к счастью, его заблокировал защитный артефакт.
– Вздумал обмануть меня? Сдохни!
Еще две вспышки врезались в Найта. Маг не понимал, почему он не вопит от боли, а продолжает бороться. Снова и снова заклинания пытались ужалить, будто раскаленные клинки, но разбивались о непреодолимый щит. В конце концов в глазах крейнца отразилось понимание, которое сменилось еще большей злостью, ужасно исказившей красивое лицо.
Найт пытался дотянуться до рукояти своего кинжала на поясе. Наконец кончики пальцев коснулись холодной драконьей кости, и она скользнула в ладонь. Лезвие плавно и беззвучно покинуло ножны. Зажмурившись от особенно яркой вспышки, Найт кое-как смог махнуть рукой и в ту же секунду услышал треск, донесшийся из нагрудного кармана.
Лезвие со сгустившейся на нем темной энергией вошло в бок крейнца и проделало в нем дыру, из которой хлынула кровь. Ранее почерневший от ядовитого дыма, белый плащ окрасился алым.
Шокированный маг не остановился сразу. Последнее заклинание слетело с его пальцев и ударило в шею Найта.
Бледная кожа моментально покраснела, растрескалась и, казалось, горела ярким пламенем. От внезапной боли из глаз брызнули слезы. Найт взвыл, роняя кинжал и хватаясь за шею. Тело начало исцеляться, а божественная сила вытекать, словно вода из надтреснутого кувшина.
Едва не раздавленная Кисточка с трудом выпуталась из капюшона и грозно зачирикала, усевшись на груди Найта.
Маг ее не заметил. Он потянулся за упавшим кинжалом, намереваясь избавиться от демона с Черничной горы раз и навсегда, но понял, что весь его правый бок залит чем-то липким и теплым. Одна красная капля сорвалась и упала на белую щеку Покровителя, замершего, прижав к себе ласку и уставившись на рану, из которой толчками выливалась кровь.
Маг одной рукой зажал дыру в боку, а в другой собрал энергию. Его побледневшие губы произносили какое-то сложное заклинание, а глаза были как у безумца. Они стали красными от полопавшихся сосудов и горели неистовым пламенем.
С окровавленных губ сорвались хриплые звуки, складываясь в полные ненависти слова:
– Пусть... со мной и покончено, но я, гх... тебя убью!
Найт как завороженный смотрел на сияющую ладонь, нацеленную ему прямо в сердце.
Но вдруг крейнца схватили за шкирку и отшвырнули, как собаку. Его тело несколько раз перекатилось по снегу и замерло, запутавшись в плаще.
– Эй, ты в порядке?
Над Найтом и Кисточкой навис Хан с перекошенным лицом. Рывком подняв Покровителя, он был вынужден ловить его, неспособного держаться на ватных ногах.
– Да что с тобой? Где-то ранен?
Найт разомкнул и сомкнул губы, не издав ни звука. Его взгляд нашел на снегу кинжал и пятна крови.
В этот момент Хан пытался понять, что произошло, но никаких заметных повреждений у Найта не обнаружил. На его шарфе сидела притихшая Кисточка, следившая за каждым движением Хана и готовая в случае чего вцепиться ему в лицо.
