— Я вот помню, — сказал Игорь задумчиво. — Как один толстяк побил рекорд по спринту, испугавшись дельфина.
Анька улыбнулась, она тоже этот случай помнила. А вот Сева с покрасневшими ушами огрызнулся:
— Это я-то толстяк? Это вы с Димкой и Анькой — скелеты!
— Ка-а-акой был заплыв! — оглянулся Дмитрий со светлой улыбкой. — В Академию акванавтики взяли бы сразу. Без экзаменов!
— Да на кой она сдалась? — сказал Сева. — Это вы, фанатики, только о ней и мечтаете!
— Точно! — ухмыльнулся Игорь. — Чтобы поступить на факультет строительства приливных станций, у нас массы, то есть ума, не хватит.
— Не ссорьтесь, мальчики! — улыбнулась Аня. — Все равно вам пожизненно светят только водорослевые плантации! И то, если сильно попросите.
— Ну, знаете ли, сударыня, — сказал Дима. — Я женщин не бью, но за такие слова готов поступиться принципами.
— А что такого в этих плантациях? — недоумевал Леня.
— Из наших краев прямиком туда на службу отправляют, если никуда не поступил после школы, — пояснил Игорь. — На три года. Охрана, добыча, технические работы. Понимаешь?
— Ага! — закивал Ленька. — У нас тоже, только на шахты, фермы, заводы.
— У нас тоже много куда, — сказала Аня. — Морских объектов много. Только плантации считаются самым убогим местом службы. Но этим обезьянам и плантации — верх мечтаний.
Ленька обидно засмеялся. Игорь показал Анне кулак, она в ответ — язык.
На горизонте показалась темная точка, Дмитрий кивнул:
— Точно подходим!
— А что это? — спросил Леня, опуская растопыренные пальцы в бегущую за бортом воду. От них летели брызги и вставали маленькие прозрачные стены.
— Скала, конечно, — ответил Сева. — Капитан Блад, сколько глубина?
— Полсотни, — отозвался Дима.
— Глубоко! — изумился Ленька, и опасливо вынул руку.
Игорь поглядел в воду, чуть свесившись за борт. Сказал:
— Мутновато сегодня. Видимость — метров пятнадцать будет.
— Это ничего! — сказал Дима. — Главное, чтоб акулы-людоеды не приплыли.
— Какие еще акулы? — спросили Аня и Сева. Леня настороженно смотрел на них.
— Тут есть такие, — сказал Дмитрий, украдкой подмигнув Игорю. — Опасные твари!
Сева ухмыльнулся:
— Брехня!
Дмитрий пожал плечами.
Крохотный островок с торчащей, как акулий зуб, скалой был покрыт мхом, кое-где пробивалась трава, а около вершины рос чахлый кустарник.
— Прибыли! — сказал Дима. — Приставать, я думаю, не будем.
— Так где эта проклятая труба? — спросил Игорь.
Ленька, Сева и Аня свесились за борт, разглядывая неясное-темное дно. Вода казалась густо-синей, изредка мелькала крупная рыба.
— Черта с два здесь шесть метров! — сказала Анька, выпрямившись. — Все двенадцать! Уговора не было на двенадцать метров. Слышишь, пират?
— Здесь, может, и двенадцать, — возразил Дима. — А там, где труба, — шесть. Ну, в смысле верхний край ее на шести метрах. А дно — около восьми. Она больше чем наполовину в грунт врыта. Сейчас к ней подойдем.
Он тронул рычажок газа, и лодка неспешно двинулась вперед. Дмитрий повел суденышко вокруг островка.
— Я первой спущусь! — сказала Аня. — Проверю глубину. Возражения не принимаются!
Никто и не собирался возражать.
Девчонка спросила:
— Леня, со мной хочешь нырнуть?
Тот отчаянно затряс головой. Сева посмотрел на брата с жалостью. Сухопутный, что тут скажешь!
— Да нырни, — предложил он. — Зря, что ли, я тебе гидрокостюм выдавал?
— Я лучше потом, у берега попробую, — ответил Ленька.
Игорь сидел с отрешенным видом, глубоко и медленно дышал, иногда совсем задерживая дыхание.
— Стоп машина! — скомандовал Дмитрий. — Отдать швартовы… тьфу ты! Отдать якоря!
Сева бросил блестящий якорь с кормы, Дима такой же якорь — с носа.
В этом месте водная толща была светлее, и дно казалось действительно ближе. Аня уже накинула на плечи ремни акваланга, нацепила маску, подводный компьютер, выглядевший, как спортивные наручные часы. Еще раз проверила нож — рукоятка торчала из набедренных ножен, — и кувыркнулась с борта спиной назад.
Не всплывая, ловко перевернулась и пошла ко дну. Ленька наблюдал за ней, вытаращив глаза. Вода временами закипала от воздуха, который выдыхала Анька.
Через две минуты она вынырнула около лодки. Демонстративно показала компьютер. На его табло зафиксировалось шесть с половиной метров.
— Вот так, — сказала она, выплюнув загубник; — Верхний край трубы. Я в нее заглянула. По-моему, лучше туда не лезть. Я бы не полезла, это точно. Выглядит так, точно там морское чудовище живет.
Ленька слушал ее, с опаской глядя в глубину. Севка только посмеивался.
— Какие такие чудовища? — сказал он. — Акулы-людоеды, что ли?
— Если попадется какое-нибудь чудовище, — сказал Дима, схватившись за нож, — мы его добудем. И зажарим на обед! Верно? — спросил у Игоря.
Игорь кивнул, завершая серию глубоких частых вдохов-выдохов животом.
Аня забралась на борт, сняла акваланг, поглядывая на Игоря. Он улыбнулся ей и сказал:
— Готов!
Дмитрий тем временем вытаскивал из рундука грузовые пояса, повязки с налобными плоскими фонарями, кастаньеты, которыми можно отстукивать под водой сигналы для общения. Их металлический стук хорошо слышен в воде, которая вообще далеко разносит звуки.
