— Конечно, и это тоже, но — без азарта: я ведь встречаюсь только с теми, до кого им не добраться. А перекрыть каналы связи вроде этого сейчас невозможно. Ну, то есть, на это нужны огромные деньги — те самые, которые они исправно выделяют,и , к счастью, так же исправно разворовывают на всех уровнях. Государство всеобщего воровства похоже на перевернувшийся корабль, в отдельных уголках которого некоторое время еще можно дышать.
— Они знают о вашем... подполье?
— О ком узнали, тех среди нас уже нет Мой иммунитет защищает только меня. Пока защищает.
— А вам их не жалко? Мальчишки выбегают в казаки-разбойники поиграть, а их... утилизируют.
— Мальчишки знают, что игра — всерьез. Это их и привлекает.
— Да что они понимают в двадцать лет?
— Ну, кое-что понимают. Да они и все равно недолго смогли бы дышать в такой атмосфере. Задохнулись бы и погибли — нелепо, бессмысленно, бесполезно, с мрачным отчаянием в душе. А так они погибнут в борьбе, сияя глазами, с надеждой и с легкой душой.
— Значит, это вы так о душе их заботитесь?
— Именно так. В складывающихся обстоятельствах я могу позволить себе роскошь служения добру Я творю добро, я направляю ко благу и потом, наблюдая результаты, испытываю ни с чем не сравнимое удовлетворение.
— Эго вы добру служите, подставляя их? Другого дела не нашлось?
— Да я, знаете ли, чем дальше, тем больше убеждаюсь, что вообще здесь не нужен. Без меня было бы все то же самое... А соблазнять и развращать юные души можно и Библией. И скажите сами, разве лучше было бы для них стать такими, каких вы встретили на Острове?
— А что, на Острове — не люди?
— Да нет, люди как люди. Довольны. Говорят «так можно жить».
— Ну, подкалывают их на этом Острове, подкармливают, глушат. Знаете же.
— Знаю. Но знаете ли вы, что этот «прикорм» начинается несколько раньше? А мальчишкам это тошно, им нужна романтика — любого сорта, — и они ее все равно найдут. Так уж лучше у нас, чем у бритоголовых или «братков». К ним идут животные, к нам — люди. Естественный отбор.
— Уничтожающий людей?
— Увы, боюсь, что царь природы — не человек, а его, как говаривали в старину, «внутренний скот».
— Так вы — что же, «сверхчеловек»? Подталкиваете падающих?
— О, вы философ! Читали Ницше?
— Так, слышал кое-что.
— Я тоже. Но вы, может быть, не расслышали. В его печально знаменитом -«Падающего подтолкни» «падающий» это не кто-то ослабевший, а тот самый внутренний скот, которого человеку нужно убить в себе, чтобы стать «сверхчеловеком», то есть собственно человеком. «Падающего подтолкни» — это не шепот: «Убей слабого», а крик: «Стань человеком!» Но у человечества извращенный слух. Впрочем, оно, к счастью, тугоухо. Вы не замечали. что мысли некоторых людей не уходят с ними и не ложатся в некрополи библиотек, а продолжают как бы витать в воздухе, подобно тончайшей дымке. — не замечали? И в иные моменты эти мысли способны сгущаться и нас, возникая словно бы ниоткуда. Я вас не утомил? Тогда продолжим. Что вас еще интересует?
— Так что — у вас большая организация?
— Знаете, я обнаружил, что это просто наша страсть — задавать лишние вопросы. А ведь они больше всего вредят тем, кто их задает.
— Да ладно, это я так... к слову. Я другое хотел... Вы случайно не знаете, кто такой Ян Сунай?
— А, да, я слышал, что вы тоже его искали.
— А кто еще?
— О, его многие искали. И, как правило, успешно. Периодически сообщалось, что его уже, наконец, нашли, розыск прекращался. и все как-то затихало. А потом начинали искать снова.
— То есть, в итоге так ничего и...
— Да. Никто, ничего и нигде. Но мы несколько отклонились. А у меня ведь тоже есть вопрос к вам. Позволите задать?
— А если не позволю?.. Задавайте.
— Вы полетите?
— Так я таки вам нужен, как говорил...
— Одни болтун. Вы не ответили.
— Вот поговорю с вами и решу. Вы что, тоже верите в этот синдром? Вроде умный человек...
— Вы очень любезны. Но вера умного человека — это его уставшая надежда. А я не устал. Кроме того, существование синдрома Матерацци — так же, как и обычной проказы — давно уже не вопрос веры, а вопрос клинической практики. Еще в конце прошлого века был зарегистрирован угрожающий рост психических отклонений, вызванных зрительными впечатлениями. Не слыхали о такой эпидемии, где каналом распространения были глаза?
— Так, кое-что... краем уха...
