— Олег!.. Олег, слышь!.. Передохни, работяга.
— О, без бороды — прямо, как человек!
— Да, брился, брился, и чего-то скучно стало. Вот, пришел на вас посмотреть...
— Ну, смотри. Только под ногами не путайся.
— А ты чего ж один? Вроде время уже.
— Подойдут. Своевременно или несколько позже.
— Хм. Я в твои годы тоже так говорил... А что, этот ваш заместитель тоже летит? Или это «лишний вопрос»?
— Угу.
— Это, значит, и есть ваш «Промыслитель-1»? Не впечатляет... А экипаж машины боевой? Один? Или двое?
— Один... Или двое.
— Поня-ятно. А, скажем, целую десантную группу — слабо?
— Слабо...
— Маломощная машинка-то. Водитель, значит, в кабине, а пассажир — в кузове, чтоб ветром времени обдувало?
— Угу.
— Поня-ятно... Так чего ж не идет-то никто?
— А кто тебе нужен?
— Да мне никто не нужен. Значит, это и есть вся ваша организация: два конспиратора и призрак. Негусто, прямо скажем.
— Тебе-то что?
— Да ничего... Ты, кстати, на синдром этот хотел меня проверить. Проверяй! Не верю я в чушь эту.
— А во что ты веришь? Эта «чушь» наукой доказана.
— Ну, и в науку эту не шибко верю. Я верю в то, что надо что-то делать... Но здесь я ничего не могу. Там, худо-бедно, а все-таки мой мир, мое время. Ну... типа того что... надо в своем времени что-то делать. Пусть даже не своевременно, а несколько позже. Ну, короче, я тоже... Гомер!
— Где ты шляешься? Минуты остались.
— У меня таки две новости, и я знаю, с какой начать. Во-первых, я здесь, а во-вторых, за мной такой роскошный хвост, как ни у какого павлина!..
— А сбросить ты не мог?
— А я имел на это время?
— Где они?
— Внизу, где же им быть? Ждут группу прихвата, с ней и войдут. Познакомлю.
— В другой раз. Загружаемся. Дед, мы ничего больше не можем для тебя сделать.
— Да, я понимаю... Ну, ни пуха...
— Олежек, о чем вы говорите? Папаша же летит с нами!
— То есть?
— Он же сказал. Он сказал: «Поехали!» — ты что, не слышал? Ну, вот он стоит, он не даст соврать. Я бы мог, но он не даст!
— Да, дед?
— Ну, типа того...
— Так. Дед — в кузов, быстро! Повезешь его ты. Всё — по инструкции, понял? Я — за вами. Всё, пошел отсчет. Ныряй в капсулу.
— Олежек, с инструкцией...
— Ты получил ее вчера. Ты всё знаешь! Всё?
— Не совсем. Такая ночь... последняя... И оно пришло!
— Что, что пришло? Полезай!
— Вдохновение, Олежек. Я написал оду! И я не знаю, что там нажимать.
— Где инструкция? Доставай инструкцию!
— Она в надежном месте... Ну я клянусь тебе!
— Муд-дак!!
— Мы не сделаем дела... Такая ночь — раз в жизни... Смотри, там красненькое замигало — это ничего?
— Муд-дак! Поэт!.. За нами полетишь, понял?! Хоть на метле!
— Хорошо! Там меньше кнопок...
— Муд-дак!..
— И тебе счастливо!.. Боже, зачем так хлопать крышкой, когда имеешь такой старый гроб. Ну, что вы скажете, это интеллигентный человек? Не стесняйтесь, он нас не слышит. Нет-нет, не вылезайте, в инструкции не сказано вылезать — вот, видите? Где тут сказано вылезать?
— Так ты летишь или нет?
— Почему нет? Чем я хуже?
— А что ж ты ему вешал тут?..
— Я презираю людей, которые не любят поэзию. Только человек, любящий поэзию, может далеко уехать — в обе стороны. И. может быть, вернуться. Вы слышали, что я написал гимн?
— Ты порядочный стервец, Семка.
