— Его зовут Рэт и у него недостатков больше, чем блох в треугле, — сквозь зубы выговорила я. Не хватало, чтобы с Фэша Юста переключилась на него. — А еще он… задира каких поискать и хам.
— У-у-у, да ты сохнешь.
— А вот и нет, — у меня покраснел кончик носа, — ничего подобного!
— Ты вся как маков цвет. А вы уже целовались?
— Время! Да, поэтому держись от него подальше!
Все потонуло в липкой тишине. Я перевела дыхание, медленно осознавая, что сейчас ляпнула. Лицо у Юсты вытянулось и на меня посмотрели, как на укротительницу огнеящеров.
— Забудьте, что я вам сказала. Это все враки.
— А ты не такая уж и немочь…
— Я… я хочу спать, — оставалось спасаться бегством. — Все… завтра полно работы.
Я отвернулась к стенке, натянув до макушки одеяло. За спиной раздалось приглушенное хихиканье.
— Спорим, как мы уснем, она побежит к нему, — громким шепотом спросила Юста.
— Не, она даже дожидаться не будет.
— Я все слышу!
— А для чего мы еще говорим?
Они снова рассмеялись, а мне оставалось лишь стиснуть зубы и считать про себя табун тонкорогов. Первый… второй… на десятом смех стих, и комната погрузилась в притворную тишину. Выждав для приличия еще минут семь, я натянула плащ.
Улица встретила мелким, колючим снегом. Я пошла чуть ли не на ощупь, опасаясь нарваться на кого-либо. Перебежками мне удалось добраться до амбара, где держали Рэта. Я дернула за ручку двери, но та, ожидаемо оказалась заперта, зато за ней сразу послышалось шевеление. Видимо, Драгоций не спал.
— Кто это? — его сиплый голос обжег слух.
Все слова застряли в горле, и я могла только открывать и закрывать рот. Облачко пара вырвалось, распадаясь в звенящем воздухе.
— Эй!
— Рэт, — мне думалось, он не услышит этот забитый писк, но парень тут же замолчал. — Это я.
Он ничего не отвечал, и внутри словно стилет проворачивали. Я подкатила к стене пустую бочку, вскарабкавшись на нее. Теперь голова достала до хлипкого окошка, за которым клубился серый сумрак. От Рэта угадывались лишь очертания — похоже он сидел, закутавшись в крылья или в какое-то темное покрывало…
Он поднял голову.
— Прости, что так вышло…
— Ты ударила меня в спину, — жестко произнес он, — в спину.
— Прости…
— Нет.
Я зашаталась, чуть не упав с этой маровой бочки. Рэт даже не вздрогнул.
— Я не знаю… я увидела, как ты достал стрелу и это вышло само… Что ты хотел сделать?
Кажется, мой вопрос поставил его в тупик.
— Забрал бы тебя в Змиулан вместе с Огневой.
Я оцепенела.
— Учитель бы зачасовал меня.
— Нет… он давно разгадал, где ты и с кем. Астрагор простил бы тебя, если ты бы признала свои ошибки…
— У меня не было ошибок, — руки сжали шершавое дерево, — я не хотела никого убивать.
Рэт в один миг подскочил и тоже как-то оказался перед окном. За его спиной клубился полумрак крыльев, и выглядело это внушительно.
— Ты Драгоций, — прошипел он, смотря в глаза, — неужто забыла?
— Да что с тобой! Ты же сам отправил меня в Драголис, где я чуть не сгинула к твоему сведенью, — мой голос сорвался на крик, — ты забыл? Забыл, как мы спасались и как ты пообещал не забывать? Забыл? Отвечай, Рэт!
— Не кричи на меня, — от его усмешки веяло северным ветром.
— Ты этого заслужил!
Я не знала, чего хочу больше: утонуть в этих льдистых глазах или к маре выколоть их, чтобы никогда не чувствовать пронизывающего взгляда. Все внутри лютовало и кипело, и казалось, еще немного и кожа расплавится под таким натиском.
— Зачем ты пришла?
— Сказать, какой же ты идиот.
Скулы Рэта побелели, но мне все равно хотелось стоять тут, дрожа от холода, и рассматривать его лицо. Даже такое, перекошенное от злости.
— Тогда ты была слишком болтлива.
— А еще… а еще я скучала по тебе.
Он замер, а я зажмурилась.
— Скучала по такому идиоту?
— Да иди ты…
Я уже хотела спрыгнуть, как его рука дернулась, нарвавшись на мутное стекло. Рэт поморщился, потерев запястье. Видимо, только сейчас вспомнил, у кого его стрела.
— Давай сбежим… придумай, как достать мою стрелу. Она у той сварливой тетки.
Пальцы похолодели, но я все равно кивнула. Знаете, я бы тогда кивнула на любое его предложение, даже на совместный полет с вершины Северной башни без крыльев.
Он так и не сказал, что тоже скучал.
========== Глава 22. Горячка откровений ==========
«Если часодей решил выстроить параллель и не уверен в своей стреле, то в лучшем случае он никому не навредит. В худшем же больше никогда никому не навредит…»
Из записей Родиона Хардиуса «Об использовании сложных эферах в пространственном кармане»
Даже Рэт со всем своим упрямством и норовом не смог сидеть взаперти дольше трех дней. На четвертый Драгоция выпустили. К тому моменту он уже хлюпал носом, кашлял, но продолжал кидать до невозможности надменные взгляды. Все местные девчонки хотели познакомиться с ним, а парни — побить.
Я порадовалась, что Александр сам взялся за Рэта и о чем-то долго разговаривал с ним в отдалении. В конце старший Драгоций дотронулся до его плеча, но Рэт тут же выкрутился.
— Вельга! — устало позвал Александр.
Я подошла, спрятав за спину дрожащие руки.
— Он думает, лучше замерзнуть, чем проявить благоразумие и…
