Я отвлеклась от дальнейших протестов Захарры, пораженная одним открытием. Цветок в ладони выглядел ничуть не помятым, хотя я очень крепко сжала пальцы. Наоборот, синие лепестки хранили упругую свежесть и прочность. Это был василек, обычный полевой цветочек, который рос во всех лесах и долинах. И тут я заметила Огневу, которая не отводила взгляда от моей руки. Она точно знала многим больше, чем хотела показать.
========== Глава 11. Разговоры у костра ==========
«Вера в нашу правоту — залог хорошего сна по ночам. Поэтому этим миром правит тот, кто не боится кошмаров».
Слова Хронимары Столетт, одной из первых Духов Осталы.
После того, как Василиса исчезла в кольце перехода, мы остались втроем. Настроение у всех было напряженным. Захарра хмуро уставилась на Рэта и все-таки не выдержала:
— Ну и куда она отправилась?
Драгоций вяло дернул плечами, показывая, что отвечать не станет. Я расстелила плащ на траве, блаженно вытягиваясь на нем. Как сказал Рэт, ночь будет долгой. И холодной, так и хотелось добавить мне.
— Лучше сходи за дровами, — словно прочитав мои мысли, Драгоций обратился к Захарре.
— Вот еще. Ты же у нас мальчик, вот и иди. А я буду ждать Василису здесь и никуда не сдвинусь.
Рэт гневно сверкнул глазами, но все же поплелся в лес, жутко хрустя сухими ветками. Он что-то сердито буркнул, но я расслышала лишь обрывок фразы: «спорить себе дороже» и «учитель был прав на их счет».
Захарра с видом победительницы опустилась ко мне под бок. Мы немного помолчали, наслаждаясь сердитым треском и хрустом.
— Он так всех мар к нам сгонит, — усмехнулась я.
— Почему наши мальчишки все как один надменные и такие противные? — мы рассмеялись, глядя друг на друга, и я решилась начать разговор, который долго не давал покоя.
— Я знаю, почему Василиса пришла к нам, — Захарра вздрогнула и резко развернулась, в ее глазах застыл вопрос. — И знаю, что вы сделаете все возможное, чтобы найти его… Я хочу помочь.
Девочка вскинула одну бровь, став очень похожей на своего брата:
— Ты же всегда боялась даже имя его произносить. И вечно сторонилась Фэша. С чего бы тебе помогать нам?
На самом деле поначалу мне очень приглянулся Фэш. Он был старше на пару лет, такой взрослый и сильный, с таинственным прошлым, которое притягивало и манило. Но потом до меня дошло, ЧТО значит быть «любимым племянником» для Астрагора. И вся симпатия увяла, оставив лишь горсть жалости на губах…
Но Захарре явно такое не скажешь, а значит надо говорить то, что она хочет услышать.
— Теперь есть вещи намного страшнее. Ты думаешь, — я запнулась, молясь, чтобы Рэт подольше поплутал, — ты думаешь, я не вижу, как над нами сгущаются тучи. Что-то готовится. И возможно, перед нами всеми скоро станет выбор. Я очень хочу не ошибиться повторно.
— Скажи, что учитель пообещал тебе? Я же знаю, что вы виделись сразу после смерти Геллы. И он бы не позвал тебя просто так.
Мои ноги коснулись тонкой ледяной корки, отделяющей от провала. Но отступать было нельзя, оставалось лишь маленькими шажками продвигаться вперед, взвешивая каждое слово.
— Он втянул меня в одну очень неприятную историю. От которой я хотела бы держаться, как можно дальше… Она касается моей семьи. И я очень боюсь повторить судьбу Геллы, поэтому решила вам помочь. Мне кажется, Астрагор боится Василисы и того, что ей уготовлено временем. А значит, у нее есть шанс.
— Ты хоть сама осознаешь, во что хочешь ввязаться? — Захарра вынудила заглянуть ей в глаза. Конечно, осознаю: вы роете себе могилу, пытаясь тягаться с учителем. А он знай, посыпает ее землей.
— Да, я много думала об этом. И эта девочка, Николь… Мне показалось, что Василиса знакома с ней. Возможно, это знак, что нам стоит держаться вместе.
— У нас просто есть подруга с таким же именем. Вот и все, — голос Драгоции источал холод, но потом, он чуть смягчился, — Спасибо, Вель. Нам понадобится твоя помощь.
Она запнулась, прикусила губу, но все же продолжила:
— Фэш точно жив. И его надо спасти.
Из кустов снова послышался хруст и на поляну вышел Рэт с охапкой дров. Он недовольно оглядел нас.
— Секретничаете? Что сразу замолчали.
— А ты чего так долго, мы околели тут, — ничуть не смутилась Захарра.
— Сейчас согреетесь, — Рэт принялся разводить костер, присев на одно колено перед сухим ельником. Вскоре его лицо озарили робкие язычки пламени. Запахло смолой и дымом. Я подползла к огню, вытягивая руки. Приятное тепло кольнуло пальцы и пошло выше по кистям.
— Вот бы стать одной из этих искр и унестись повыше. Быть легкой, легче воздуха, а потом растаять в небе, полном звезд, — я зевнула, наблюдая за уносящимися в темноту красными точками.
— А я бы сейчас просто не отказалась от чашки чая. Или горячего шоколада, с зефиром и пенкой. А еще можно было бы тот прекрасный кекс с изюмом и апельсинами, что Жан-Жак испек на прошлой неделе, — подхватила мои мечтания Захарра, также подсаживаясь к огню.
— А чего хотел бы ты? — я взглянула на Рэта, который все еще возился с костром.
