Драгоций оставил меня одну. Я все также держала в руках книгу, хотя за время разговора совершенно забыла про нее. Это всего лишь Феликс, он постоянно мелит всякую чушь, но почему тогда так паршиво? Был всего один способ разобраться в том запутанном клубке чувств, что свалился в руки. Надо пойти к фонтану. Если это просто розыгрыш, то я сама посмеюсь и забуду, а если Рэт действительно … Но дальше все мысли обрывались, оставляя глухую пустоту.
Фонтан старого рыбака был тихим и укромным уголком, заросшим плетями терновника и дикого винограда. Сюда ходили, если искали тишину и уединение. Прошлый садовник посадил вокруг бассейна розовые кусты, привезенные из далёкой страны фей. Цветы были укреплены специальными эфирами, и теперь каждое лето набухали синими и белыми бутонами.
Я не стала идти к фонтану, а поднялась на одну из галерей замка. Вскарабкалась на несколько пролетов в голубиной башне и выглянула в окно. Отсюда открывался прекрасный вид на весь сквер, усеянный синими и белоснежными точками. Старый рыбак улыбнулся каменным ртом, и в его чертах мне почудился оскал Феликса.
А потом все мысли в панике слиплись в один плотный ком. На бортике фонтана сидели двое. Девушка со светлыми, почти белыми волосами застыла ко мне вполоборота, и никак не удавалось разглядеть ее лица. Но она точно не из замка и не из нашей семьи. Я несмело перевела взгляд на ее спутника, зная, кого увижу. Рэт Драгоций улыбался, и его взгляд потерял привычную надменность и остроту. Я хотела отпрянуть от окна и убежать, но какое-то извращенное желание убедиться в своей никчемности держало. Поэтому глаза продолжали следить за этими двумя.
Вот девушка вспорхнула с бортика, и наконец, повернулась ко мне лицом. Она была красива. Даже слишком. Меня пронзил кинжал неприязни, который вонзается в каждую из нас, стоит признать превосходство соперницы. Между тем Рэт рассмеялся ее словам, не сводя с девчонки жадного взгляда. На меня он так никогда не смотрел, только в мечтах. И я с болезненной остротой поняла, насколько они хорошо смотрятся вместе. Темноволосый, статный Драгоций и эта хрупкая, серебристая девушка.
Я наконец отвернулась и сползла по стене вниз. Спина прижалась к холодной каменной стене так сильно, что позвонки заныли. Что-то мрачное и чужое выло внутри, скребя острыми когтями по сердцу. А в метре от меня на бортике фонтана сидел Рэт Драгоций и любовался своей светловолосой феей.
Я просидела на полу до самого урока по хронологии. У фонтана уже давно стихли все голоса, а сил выглянуть во двор все равно не было. Почему нам так нравится загонять себя в ложные замки из хрупкого стекла. А потом морщиться, если они бьются на осколки, застревая под кожей.
— Год я не общалась с ним, год он же меня не замечал. Разве я умерла за это время? Это всего лишь тоска, которая отступит через пару недель, — и другой голос отвечал мне, что пары недель не хватит. Только не сейчас, когда я глотнула свежего воздуха, так пахнущего мятой.
На урок хронологии пришлось пойти. Его вел Рок, и даже затеряйся я во времени, и то это не было бы причиной для прогула. А так мне всего-то дали по щекам и выдернули из мира иллюзий. Успокаивало, что на уроке не будет никого из старших, особенно двоих из них.
Я бухнулась за свободную парту и откинулась на спинку стула, закрыв глаза. Надо всего-то перетерпеть эти пару часов. А потом можно начать сшивать себя заново: белыми нитками по старым лоскуткам.
— Эй, ты живая? — рядом присела Захарра. Я кивнула.
— Все нормально, просто устала.
— У тебя голос затерянного, точно не хочешь ни о чем поговорить?
— Как Василиса? — спросила я, только бы перевести тему.
— Нормально, приходит в себя. Ты же помнишь, как неприятно получить метку, — Захарра поморщилась, — иногда наши обычаи даже мне кажутся чересчур дикими.
Я промычала что-то неопределенное, а потом все же решилась ковырнуть рану:
— Ты не знаешь, у нас сейчас нет гостей?
— Гостей? Ты кого-то видела?
— Да… девушка с длинными белыми волосами, у нее еще голубые глаза и…
— Вечно презрительная мина на лице? — закончила Захарра, — а еще от нее веет самолюбованием и тянет под ложечкой?
Я чуть улыбнулась довольная столь категоричным описанием.
— Это Маришка Резникова, хрустальная ключница, но мы зовем ее просто «госпожой кошмар». Постой… Ты видела ее? — в глазах Драгоций проскользнуло понимание, — вместе с ним?
Чужая проницательность в последнее время дорого обходится. Феликс, Захарра — все читают меня, словно маршрут на карте. И Рэт… Скорее всего он тоже, услужливо шепнул голос из самых глубин мыслей, и ему очень понравится то, что он увидит при встрече.
— Так, сейчас начнется занятие. Соберись, а вечером пойдем ко мне и напьемся горячим шоколадом, слышишь? — Захарра взяла меня за руку и крепко сжала ее под партой.
В аудиторию зашел Рок, мрачный и серьезный, как обычно. Скоро и я буду ходить с таким лицом. Все сразу же стихли и похватали конспекты.
— Сегодня начнем урок с небольшого опроса. Проверим, как вы запомнили даты рождения зодчих Расколотого Замка. Пять минут на повторение.
