Я рассеянно завертела головой, даже не понимая, какую тему открыть. Захарра подсунула под нос свои записи. Но буквы путались перед глазами, и я бесцельно водила взглядом по листу. Какие зодчие? Какой замок? Меня саму раскололи на части, вот только в учебниках истории это вряд ли отметят.
— И так, — Рок обвел нас пристальным взглядом, выцеливая первую жертву, — я задаю дату, вы говорите имя, параллель и часовую степень.
Я постаралась принять уверенный вид, так как игра в прятки лишь раздражала Драгоция. Рука Захарры крепче обхватила мое запястье.
— Захарра, — Рок подошел к нашей парте, — кто родился в тридцать втором году от создания первой временной параллели?
Я сникла под его колючим взглядом. В голове не было ни одной здравой идеи, хотя дня два назад я зубрила все эти фамилии. Хотя нет, эта дата мне знакома, ведь тогда родилась…
— Ларра Долен, единственная женщина-архитектор. Она пришла из будущего, когда замок уже был построен, и рассказала об ошибках в расчетах координат для северного крыла. Просчет был исправлен, но Ларра навсегда осталась в прошлом, ее так и не смогли вернуть в родное время. У нее была третья степень.
— Хорошо, — кисло похвалил Рок, — а что скажет твоя подруга. Двести пятый год по исчислению фей. Кто появился тогда?
Я опустила голову ниже, отыскивая в памяти хоть какие-то связанные обрывки… Но в ней осталась лишь одна явная картинка: Рэт и Маришка на бортике фонтана, а вокруг бутоны роз.
— Цивилий Орхен? — мой голос дрогнул.
— Нет, он строил Рубиновый Шпиль. Еще будут попытки? И постарайся подобрать зодчего хотя бы той же эпохи.
По классу прошлись первые смешки. И они прорвали так трепетно сдерживаемую плотину, захлестнув бушующим потоком, и это окончательно вывело меня из себя. Но я не заплакала. Нет, мной овладела какая-то звериная дикость, а перед глазами застыл пойманный Рэтом огнежар. Как он вырывался из своей тюрьмы, ломая перышки, но все равно стремясь улететь. Не бойся быть сильной, так сказал Рэт, а теперь надо не бояться быть собой.
— Ты собираешься отвечать, Вельга? Или больше архитекторы тебе не знакомы?
Я встретилась взглядом с Роком, впервые было не страшно так просто заглядывать в его черные глаза.
— Эфларус? Он же вроде из той эпохи? Или я что-то путаю, господин учитель.
Все замолчали. Рука Захарра дрогнула, а потом разжалась. Я же продолжала смотреть на Рока, и впервые в моих глазах горел вызов. Драгоций пару раз удивленно моргнул, а потом свел ладонь в кулак, будто сдерживаясь. Адреналин еще кружил голову, поэтому я не могла осознать всю бедовость своих действий. Ну чего можно добиться, срывая злость на сыне Астрагора?
— Ты будешь наказана. А теперь встала и вышла вон.
Я вскинула голову, похватала вещи, а затем покинула класс. Меня впервые вышвырнули с занятия, впервые прилюдно унизили на уроке, но мне хотелось смеяться. Ведь я ни о чем не жалела.
========== Глава 14. Тепло, которое не отнять ==========
Если хотите вырастить крепкий огнецвет — не жалейте золы. Только уничтожив что-то старое, мы открываем путь новому.
Советы садоводства для фей и лютов.
Я влетела в свою комнату, побросала вещи и упала лицом в подушки. Не сказать, что меня совсем не тронули слова Рока о наказании. Напротив, стал медленно доходить смысл произошедшего. Но я решительно отвергала его, не желая вконец впадать в уныние. Чтобы как-то отвлечься мне пришлось пролистывать сообщения на браслете.
Конечно, я искала письмо от Рэта, в котором должно быть написано про теорию и занятия. В сердце теплилась надежда найти там какие-то объяснения или опровержения, дающее подсказку, как быть дальше.
Рэт действительно прислал сообщение. Но там кроме пары сухих строк с рекомендацией, какие книги почитать и какие упражнения опробовать, ничего не нашлось. Так же он дал мне задание выбрать семь «боевых слов», и каждый день оттачивать их, повторяя сначала про себя и представляя желаемый результат. И ни строчки о Маришке. Даже намека. Но с чего бы Рэту делиться со мной личным? Пожалуй, он даже не вспоминал обо мне, развлекаясь у фонтана.
Я обессиленно закрыла глаза, вымотанная своими же мыслями. Почему чувства иссушают подобно жажде, по капли забирая силы? Как невесомая тоска может ударить хлеще пощечины? И почему мне так хочется отмотать время вспять и тоже выбежать под сень фонтана вместо того, чтобы прятаться в тени. Взглянуть в глаза Рэту и все для себя решить.
В дверь постучали. Я, посомневавшись, пошла открывать. На пороге стояла Захарра: видимо, лекция закончилась. Она окатила меня нечитаемым взглядом и снова повела к камину.
— Ну кто будет перечить Року? У тебя совсем крыша поехала, — причитала она, — великое время! Да ты сейчас заплачешь.
Я мотнула головой, твердо уверенная, что ни одна слезинка не скатится по щеке. Плакала я очень редко и не потому что не хотела, а просто не получалось. Последний раз это было после смерти Геллы, на берегу озера…
— Так ты хочешь мне рассказать, что видела?
— Рэта и Маришку, они сидели вместе у фонтана, — голос вышел тоненьким и жалким.
— Просто сидели? И все?
