Дженна развернулась в седле, готовясь сражаться с хвостом изо всех сил… но там ничего не было. Она увидела только крутой склон, который стремительно исчезал в ночи.
– Уф! – пропищал тоненький жалобный голосок позади девочки. – Вот это… гонка! Чуть… инфаркт не получил… вот!
– Т-ты… к-кто? – спросила Дженна, испугавшись голоса едва ли не больше, чем пещерного вюрма.
– Это же я… Стэнли! Разве не помнишь? – голос прозвучал немного огорченно.
Дженна еще раз всмотрелась в темноту. Там кто-то был. Крыса! Маленькая бурая крыса распласталась по спине коня, отчаянно цепляясь за седло.
– Может… остановишься на сек-кундочку… пока я не усядусь? – спросил крысак, подпрыгивая на спине у Грома. – К-кажется, я… лежу на своих бутербродах.
Дженна уставилась на него.
– Ну… не так быстро тогда… что ли, – попросил зверек.
– Тпру, Гром! – сказала Дженна, натянув поводья. – Помедленней, малыш.
Гром перешел на рысь.
– Вот так-то лучше…
Вцепившись в седло, крысенок кое-как уселся.
– Я не приучен ездить на лошади, – сказал Стэнли, – хотя лошади, конечно, лучше ослов. Не люблю ослов. И их хозяев. Все они чокнутые! Не пойми меня неправильно, я совсем иного мнения о лошадях. И об их хозяевах. Они абсолютно вменяемые. Большинство, по крайней мере, хотя, должен признать, видал и таких, что…
Тут Дженна вспомнила его.
– Крысенок-почтальон! – воскликнула она. – Ты крысенок-почтальон! Тот, которого мы спасли от Безумного Джека и его осла!
– С первого раза угадала! – улыбнулся Стэнли. – В точку! Но ваш покорный слуга больше не крыса-почтальон. Немного повздорил с Крысиной Почтой в свое время. Несколько недель просидел в клетке под полом. Не очень приятно, я вам скажу. Совсем не весело. Спасся и переквалифицировался… – Крысенок замолчал и зыркнул по сторонам, как будто кто-то мог подслушать, а потом прошептал: – …в агента Крысиной Разведки!
– Чего-чего? – переспросила Дженна.
Стэнли многозначительно постучал себе по носу.
– Это совершенно секретно, поняла? Меньше слов – больше дела, и все такое!
– А-а… – протянула Дженна, которая ни слова не поняла из того, что говорит крыса, но не хотела пока вдаваться в подробности. – Ну конечно.
– Это просто потрясающе! Только на прошлой неделе закончил обучение. И вот – да чтоб меня разорвало! – моя первая миссия – для самого Архиволшебника! Вот это удача, должен сказать! Мои однокурсники так и обалдели!
– Да, это здорово, – сказала Дженна. – И в чем состоит миссия?
– Найти и вернуть. Дело первейшей важности!
– Ух ты… И кого надо найти и вернуть?
– Тебя! – ответил Стэнли и улыбнулся.
Уже забрезжил рассвет, когда, поскальзываясь, Гром свернул на последнем повороте глинистой дороги, и Дженна с восхищением увидела, что они наконец-то добрались до границы Дурных Земель. Стэнли, правда, ничего не видел. Зверек крепко держался за край седла, отчаянно зажмурившись. Он был уверен, что в любую минуту они сиганут прямо в ущелье.
Дженна остановилась и обвела взглядом бескрайние ровные поля Пастбищ, раскинувшиеся впереди. Вид был очень живописный, и девочке сразу вспомнилось то первое утро, когда она проснулась в доме тетушки Зельды и сидела на пороге, наблюдая за восходом и прислушиваясь к звукам болот. Далеко на горизонте, где искрилась полоска розовых облаков, вставало солнце, а низко над полями все еще висел сероватый саван ранней зари. Над речушками и влажными долинами лежал туман, и в воздухе разлилось мирное безмолвие.
– Мы смогли, Гром, – засмеялась Дженна и потрепала коня по гриве. – Мы смогли, малыш!
Конь встряхнул головой и фыркнул, вдыхая солоноватый воздух, принесенный ветром с моря по ту сторону Пастбищ. Дженна повела Грома по широкой дороге, заросшей травой, и дала пощипать упругую зелень. Стэнли тем временем развалился в седле и громко храпел, наконец заснув от изнеможения.
Дженна села у края дороги и прислонилась спиной к сланцевому валуну. Она страшно изголодалась. Порывшись в седельной сумке, девочка нашла черствую краюшку хлеба, маленькую коробочку сухофруктов и изрядно помятое яблоко. Позавтракав, Дженна глотнула ледяной воды из ручейка, бурлящего у подножия холма. Потом она сидела и долго смотрела на растворяющийся туман, из которого проступали мохнатые овечки, щиплющие траву на полях.
Спокойная тишина, нарушаемая лишь пофыркиванием коня и редким вскриком одинокой болотной птицы, почти усыпила Дженну. Она пыталась побороть сон, но усталость оказалась сильнее. Спустя несколько минут Дженна, завернувшись в плащ для Люси, погрузилась в глубокий сон.
