Майкл приоткрыл рот, но не смог произнести ни слова. Он знал, что Зиггард не назовет имен и не станет беспокоиться о доказательствах, но смысл его слов был до боли очевиден. Борьба за независимость Земли от алленов едва ли не превратилась в глобальную навязчивую идею: сотни экспедиций в прошлое с целью отловить алленских агентов, сотни крейсеров на космических рубежах… Никто не преувеличивал недостатки алленов: в этом просто не было нужды. Майкл вырос с мыслью о том, что день, когда Земля сможет померяться силами с Торром, станет началом новой эры в истории человечества; теперь же ему пытались внушить, что те, кто учил их ненавидеть алленов, строили собственные схемы за спинами миллиардов людей. Он вспомнил ухмылку Запредельного, исконно человеческую насмешку в его глазах, вспомнил холодную безжалостность Стила, ярость Ронштфельда, его приказ убить врага любой ценой… Если зам главкома знал, что воин из будущего сотрудничает с алленами, и тем более, подозревал о связи Запредельного с кем-то из командования КС, то запрет на любой контакт с противником уже не выглядел необоснованным.
— Мои слова обдумываешь? — спросил Зиггард. — Правильно, боец… подумай, на чьей ты стороне, раз уж ты так печешься о судьбе планеты. Их полно в нынешнем командовании, этих чертовых предателей, и будь у них побольше ума, они бы отослали меня на отвоеванный у киноидов Марс, работать в шахтах. Но нет… им всегда было мало власти, так они захотели и меня приручить… А я смеялся над ними. На том посмешище, которое они называли судом, я смеялся им в лицо, я плевал им в лицо, я бы им глотку перегрыз, подойди кто-нибудь слишком близко к моей камере!.. Ну да ладно, не обо мне сейчас речь.
Зиггард обернулся, несколько раз моргнув. Периоды почти парализованного бездействия сменялись нервными движениями, когда его пальцы неосознанно скользили вдоль спинки стула. Майкл начинал понимать, почему Цвайфеля всегда описывали как сумасшедшего.
— Вот что, боец, — внезапно сказал Зиггард. — Знаю, ты рисковал, когда шел сюда. Зачем я вытащил тебя из лап этих неудачников? Сейчас объясню. Я хочу использовать тебя. Хочешь знать, как? Я Координатор, боец. У меня абсолютная власть над этой эпохой. Я помню все, что произошло здесь до самого начала Черной эры, и не даю нашему будущему измениться от того, что в прошлом развелось всяких паразитов, которым вечно хочется уничтожить Землю. Ты должен спасти планету? Отлично, я тебе помогу. Но тебе придется сделать выбор. Твой начальник Рудольф, он же Ронштфельд… надеюсь, ты понял, что он играет в свою игру? В эту историю оказались впутаны не только мы, людишки, но и целая толпа инопланетных выскочек. Пока что ты просто выполняешь приказы, но стоит тебе выполнить их — и все, конец! Тебя наградят и сошлют в отпуск на космический фронт, в самый разгар новой битвы. И ты никогда не узнаешь, кто тебя использовал и в каких целях. Но я — не Ронштфельд. И не собираюсь молчать, когда поганцы аллены снова водят Командование за нос! Мне нужно вернуться в наше время, и ты мне в этом поможешь. За это я обещаю помочь тебе, когда все станет слишком плохо. Почему я это делаю? К тебе уже подбирается один кадр, Эшли Стил. Помни, что он — один из самых умных умников в нашей Галкатике и ходы у него расписаны на десятилетия вперед. Можешь верить в мои хорошие намерения, можешь нет, дело твое, личное. Но если это выгодно самому тебе, то зачем отказываться?
— Что требуется от меня?
— Немного. В нужный момент сказать простую фразу: "А Зиггард?" Кому, когда и как, ты скоро поймешь. Мои условия прежние: не задавать вопросов. Ты согласен немного помочь старине Зиггарду?
— Согласен, — ответил Майкл, чувствуя себя то ли героем, то ли предателем.
— Не подвел тебя здравый смысл! А теперь покинь меня, — произнес Зиггард сквозь зубы, изображая очень недобрую улыбку. — Похоже, хорошее настроение скоро мне изменит, а любой из тех девяти идиотов, которым я сегодня раздал билеты на тот свет, подтвердит, что лучше меня в таком настроении не беспокоить.
— Вы не ответили, что случится, если к вам войти без спросу, — напомнил Майкл.
— Любопытный ты, боец… Смотри сам: для всяких слабаков вроде сегодняшней пародии на наемников у меня кое-что припасено в шкафу.
Створки внушительного шкафа, напоминавшего большой черный гроб, распахнулись, и Майкл увидел внутри знакомое ему тело, которое покачивалось на веревке точь-в-точь, как на ветке в Нереальности.
— Ловушка для дилетантов, — произнес Зиггард тоном натуралиста, который рассказывает о коллекции бабочек. — Парадокс нашего времени: высшие страшно не любят работать под началом других высших, поэтому бояться, что на штурм твоего жилища пойдут отряды злобных типов, у которых пальцы силой светятся, особо не стоит. Для высших у меня есть свои сюрпризы. Насколько действенные? Достаточно действенные для того, чтобы сказать, что ни один из них пока что сюда не вошел.
— Здесь был мой напарник, — проговорил Майкл, чувствуя, как внутри него все холодеет. — Я втолкнул его в вашу дверь… случайно… Вы не могли бы мне его вернуть?