После сражения в Норе Велса не было дня, чтобы Радим не вспоминал об Ольге. Её образ понемногу превращался в мечту, которую подросток хранил от всех как сокровенную драгоценность. Ни разу он не упомянул имя Ольги при нурманах… Однако весь хирд Харальда каким-то образом прознал об их давней дружбе. И теперь сотоварищи насмешливо поглядывали на него, столпившись вокруг костра.
— Ну, рассказывай! — нетерпеливо говорила Ольга, хватая Радима за руку и отводя в сторону.
— Что рассказывать?
— Всё! Ух, что сейчас было! Рачила говорит: «Пойдём, там послы из крепости…» И тут — вы! Я уж думала, враги. Как хорошо, что это оказались вы! Кстати, что вы тут делаете? Ну-ка покажись, встань поближе к огню. Да ты совсем настоящий воин, Радимка!
— Я и есть воин, — с достоинством отвечал Радим. — Дренг Харальда-конунга.
— И врагов убивал?
— Убивал. Двух латтов недавно убил в бою, — не удержавшись, похвастался Радим. — Одного копьём, другого… тоже копьём.
— Ого! — Ольга поглядела на старого друга с уважением. — Как это ты стал таким?
Радим пожал плечами. Он не знал, что сказать. Но очень хорошо заметил, как заговорила с ним княжна, узнав, что он стал полноправным дренгом. Совсем не так, как раньше! С почтением. Почти как с равным!
У парня кружилась голова от её красоты. Ольга подросла, стала ещё прекраснее. Всё меньше в ней от девчонки, всё больше — от будущей княгини.
И как она смотрит на него! Раньше никогда так не смотрела. Пристально, словно пытаясь прочесть мысли взглядом. Словно желая увидеть его всего насквозь.
«Почему она так на меня смотрит?!»
«Надо же, как Радимка изменился, — думала между тем Ольга. — Совсем другой стал!»
А ведь не так уж много времени прошло с той поры, как они, девочка и мальчик, бегали по плесковским лесам, уплывали на лодке от разбойников… Тогда Радим был просто сыном охотника. В сущности, обычным кривичским мальчишкой. Да, ловким, смышлёным, но — сыном смерда.
А сейчас он воин. Врагов убивает! Ольга очень хорошо понимала: её друг так богато одет и снаряжён совсем не просто так. Нурманы ничего не дадут даром, особенно прибившемуся к ним мальчишке из чужого племени. В оружии Ольга разбиралась достаточно, чтобы понимать ему цену, и видела, что у Радима оно хорошее. И всё это он заслужил, а то и добыл в бою. Харальд принял его в хирд, это говорит об очень многом! Харальда все уважают, даже варяги. Даже отец Ольги.
Она глядела на друга с такой гордостью, будто сама была причастна к его преображению.
— Видишь, сбылась твоя мечта! — улыбаясь, сказала она. — Ты был рождён воином. Да, я думаю, боги создали тебя сыном простолюдина по ошибке…
Хотела похвалить, но Радим вздрогнул. Со смешанным чувством вспомнил отца.
Тот учил его понимать следы, бить птицу из лука… И да, он был простым смердом, не чета грозным викингам.
— Ты счастлив у Харальда? — заботливо поинтересовалась Ольга. — Я помню его. Он славный воин, но недобрый человек. И у него такие страшные дренги! Этот Гуннар Волчья Шкура, он ведь оборотень?
— Они все… недобрые. Но я счастлив, — решительно сказал Радим. — Эта жизнь по мне.
— Так ты теперь стал викингом?
Юный воин почесал в затылке.
— Не знаю, — признался он. — Понимаешь, я думал над этим. Для Харальда главное что? Взять добычу и раздобыть славы в бою. А я…
— А что ты?
Радим поднял взгляд на княжну и посмотрел на неё так пристально, что она зарделась.
— Я хочу большего. Не хочу всю жизнь рыскать по чужим землям в поисках добычи, грабить то тех, то этих…
— А чего хочешь? — тихо спросила Ольга.
— Хочу стать хёвдингом. А может, и князем.
— Князем?
Ольга хмыкнула. Теперь пришла очередь краснеть Радиму.
— А что?! Разве удачливые воины не становились князьями?
— Нельзя просто так взять и назвать себя князем. У князей есть земля, — ответила Ольга. — Владения.
— Я раздобуду… Завоюю…
Ольга рассмеялась, и на этот раз друг подхватил её смех.
— Я размечтался, как мальчишка, — сказал он. — Всё будет, как пожелают боги.
— И мы не знаем, кто там заперся! — закончил рассказ тиун.
Вожди, варяжский и нурманский, внимали ему, сидя в большом шатре.
— Рачила предлагает пойти ещё раз поговорить с ними утром, — добавил Сивард. — А я полагаю: не о чем с коложанами разговаривать. А может, уже и не с кем.
Харальд призадумался и вдруг спросил:
— А что будет, если я открою вам ворота этого гарда?14
— Что?! — подскочил тиун.
Он очень хорошо понял суть этого предложения.
— Ты, почтенный Харальд, предлагаешь учинить откровенный разбой! Пока не доказано иное, это крепость князя Вардига!
— Вот заодно и узнаем, кто там, — хмыкнул нурман.
— Так нельзя!
Сивард положил руку на плечо тиуна.
— Ты, Рачила, вроде старый муж, а ведёшь себя как дитё малое. Нурман предлагает дело. Коложане ведут себя как враги. Странно, что ещё никто не попытался умыкнуть княжну, которую ты перед всем светом объявил.
Тиун насупился и отвернулся. Харальд перевёл вопросительный взгляд на главу варягов.
— Так что я получу, открыв вам ворота Коложи?
— Что получишь?.. — проворчал Сивард. — А чего хочешь?
— Отдадите мне этот гард на кормление?
