– Заткнись, Ховард, – резко отвечает Харпер, не отводя глаз от приборов. Его пальцы едва заметно напрягаются на руле. – Сканеры подтверждают аномальную активность.
– Их слишком много, – выдыхаю я, чувствуя, как от ужаса немеют конечности. – Мы не справимся, майор.
Небо на горизонте начинает окрашиваться в багрово-красные тона, как будто сама природа предупреждает о наступающей беде. Пурпурное зарево просачивается сквозь толщу облаков, и я вдруг отчётливо понимаю, что могу не дожить до восхода солнца. Внезапно над нами раздаётся низкий вибрирующий гул, пробирающий меня до костей.
– Дроны! – кричит один из бойцов.
Я прилипаю к окну и запрокидываю голову, наблюдая, как целая стая боевых беспилотников появляется на горизонте, заполняя алеющее небо своими металлическими силуэтами.
– Это наши, – с облегчением выдыхает Харпер, слегка передернув плечами, словно скидывая напряжение. Похоже, наш железный командир тоже был на взводе, как и все мы.
В кабине раздаются тихие возгласы радости. Бойцы возбужденно переговариваются, кто-то смеётся. Даже я, чувствуя, как мое сердце возвращается к привычному ритму, невольно улыбаюсь. В порыве эмоций хватаю Харпера за руку, пытаясь рассмотреть за визором выражение его глаз, но его взгляд по-прежнему настороженно прикован к экрану.
– Что-то не так? – задержав дыхание, спрашиваю я.
– Сигналы поступают со всех сторон, – сдвинув брови, сухо отзывается он. – Они не только в небе.
– Мы почти на месте, – вмешивается кто-то из бойцов. – До «Спрута» десять километров. Это всего пятнадцать минут пути по навигатору.
– Держите оружие наготове, – стальным тоном приказывает Харпер.
Я снова смотрю на экран. Сигналы тепла мерцают, их много, но они не двигаются так быстро, как могли бы. В груди начинает затихать тревога, и я снова перевожу взгляд на небо.
В этот момент что-то меняется. Один из дронов внезапно падает.
Грохот, разрыв боеприпаса. Потом другой. Металлический корпус очередного беспилотника врезается в землю, раздается еще один взрыв.
– Что происходит?! – кричит Шон.
Четвертый взрыв гремит ещё ближе. Дроны камнем летят вниз один за другим, как сбитые птицы, их обломки поднимают в воздух столбы пыли и снега.
– Что-то со связью, майор! – нервно докладывает один из солдат. – Два «Тигра» из четырех не отвечают. Черт, третий тоже пропал.
В панике я оглядываюсь назад, пытаясь рассмотреть сквозь толстое стекло двигающиеся за нами броневики, но там только зарево пламени и клубы черного дыма.
– Не вижу остальных, – голос срывается на шёпот, когда я поворачиваюсь к Харперу.
– Они уничтожены, – произносит он хриплым почти механическим голосом.
Я цепенею, потрясенная жестокой неотвратимостью этих слов. К горлу подкатывает тошнота, холодный пот струится по спине. Уничтожены… Страшное осознание пронзает меня ледяной иглой: мы остались одни. Последние.
Майор резко выкручивает руль, и броневик тяжело содрогается, съезжая с асфальта на замёрзший, укрытый слоем снега грунт. Подвеска протестующе скрипит, а я рефлекторно вцепляюсь в подлокотники, чувствуя, как машина трясется на неровностях. Куски льда и замёрзшей земли разлетаются из-под колёс. Свирепый ветер остервенело бросает в стекла комья грязи и черного пепла.
– Мы не можем оставаться на месте, – голос Харпера звучит твердо, не оставляя места для сомнений. – Уходим к горам. Там есть пещеры – лучшее место для укрытия. На открытой местности нас слишком легко засечь.
Майор мельком бросает взгляд на карту, встроенную в приборную панель. Его пальцы уверенно водят по экрану, прокладывая маршрут. Затем он оборачивается через плечо, быстро оглядывая бойцов на заднем сиденье.
– Держитесь крепче. Сейчас нас немного потрясет, – произносит командным тоном.
– Почему падают дроны? – выкрикиваю я, с содроганием наблюдая, как стальные птицы массово врезаются в землю и разлетаются на куски, оставляя огромные пылающие воронки.
За секунды запорошенное снегом белое поле покрывается черными зияющими язвами, из центра которых появляются рыжие языки пламени. Ядовитый туман, сотканный из дыма и пепла, жадно пожирает все вокруг. Видимость минимальная, как и наши шансы добраться до проклятых пещер.
– Потеря сигнала, либо сбой системы управления, – сквозь гул в ушах долетает до меня голос Харпера.
– Что могло вызвать сбой? Это значит, что… база? – с ужасом осекаюсь, не решившись закончить мысль.
– База «Спрут» больше не отвечает, а это может означать только одно: ее атаковали, – с глухой яростью отвечает Харпер. – И, возможно, враг захватил систему дронов и вывел ее из строя.
– Хочешь сказать, что шершни способны на это? – с долей скепсиса бросает Ховард. – Каким образом, майор?
Харпер игнорирует вопрос, у него просто нет времени на лишние разъяснения. Он сосредоточен на том, чтобы вытащить нас из этого ада. И ему лучше не мешать.
