— Почему ты хочешь помочь? — Таген глядит на меня поверх чашки с чаем. По-моему, концентрация заварки там сейчас такая, что ложка стоит. Как ему мозг не вышибает, не представляю. Он же не землянин. Может, дело привычки?..
— Всё просто. Мне нельзя возвращаться домой с пустыми руками. Если получу отказ от Ассамблеи, меня расстреляют.
— Что-то у вас больно жёстко, — качает головой блондос.
— Обычно не настолько. Но я — бывший преступник и нахожусь на неограниченном испытательном сроке, под личным контролем нашего вождя. Хоть раз его рассержу — приговор приведут в исполнение незамедлительно. Поэтому я жизненно заинтересована в том, чтобы получить заветную подпись под соответствующим договором.
— Что же ты такое натворила? — судя по лицу посланника, у него как-то не вяжется мой рассказ с нарисованным в голове светлым образом.
Ну не говорить же всё, как было. Поэтому спокойно отвечаю:
— Убила. Да не бледней ты. Это было для самозащиты, поэтому до сих пор жива, а не отправилась следом за жертвой. У нас считается, что любое убийство должно быть наказуемо, потому что обычный человек на него не способен без соответствующей склонности. Даже если это случайность, — рэл помолчав, добавляю, — и это не жестокость, просто адекватная жёсткость. Она физически необходима для тех, кто вынужден жить в таких условиях, как мы — скученно, с ограниченными ресурсами, с контролем рождаемости и строгим отбором. Поэтому и хотим выбраться, пока окончательно не очерствели и не забыли слово «милосердие».
Как полезно уметь врать и не краснеть. В основном моя речь рассчитана, безусловно, на Тагена. Раз уж РМ правит союзом, то и давить надо на её служку. Но и Доктора она расчётно может провести. Он большой спец по разнообразным цивилизациям, а всё, что я рассказала, должно находить подтверждение в его богатом опыте. Начни я заливать, что нас мало, но мы такие хорошие, белые и пушистые, он бы нипочём не купился. А так всё на месте, причина и следствие состыкованы. И заодно выдан ответ на его старый вопрос, не военные ли мы.
— Я восхищаюсь тем, насколько ты исключительно материалистична, реалистична и эгоистична, и насколько это неприкрыто, — Хищник вываливает последний шарик желе в свою конструкцию, и тот, соскользнув по вилке, застревает в изрезанной в решето конфетнице. — Такие альтруисты от эгоизма редко встречаются. Обычно не дотягивают — думают только о себе. А ты думаешь о себе настолько, что пытаешься улучшить жизнь окружающих — если им будет хорошо, то и тебе вряд ли плохо. Очень редкий тип личности. Я только двух подобных женщин знал — нашу леди-президента и одного далека.
— Д-далека? — давится чаем Таген. Я тоже давлюсь, только мысленно. Если Хищник про меня, то спасибо, блин, за сравнение с Романадворатрелундар.
— Угу, — Хищник крепит проводком к вилке коктейльную соломинку с двумя наткнутыми оливками и проверяет, насколько конструкция хорошо вращается в желе. — Очень милую и забавную девочку-далека, однажды спасшую моих друзей и дважды — Сол-3. Жаль, не удалось её отучить от слова «уничтожить».
Милую… и забавную?! Кажется, моя рожа должна быть ничуть не лучше, чем у посланника. Милую… и забавную… УРОЮ, МРАЗЬ!
— Далек, который кого-то спасал? — удивлённо переспрашивает Таген.
— Ну, ТМД это делала только ради своей Империи, так уж складывались наши обстоятельства. Жаль, что она погибла. Я ведь почти поверил, что рано или поздно смогу пробудить в ней хоть что-то, кроме слепого нацизма.
— Ты думаешь, такое существо, как смертоносец, вообще способно на диалог? — спрашиваю я. Молчать нельзя, это будет странно.
— Ну с ней-то получалось. Да и не только с ней, но её случай самый яркий. Лгунья, конечно, страшная была, но эффективная как никто. И каждый раз заставляла меня чувствовать себя идиотом.
Так тебе и надо.
А меж тем не к месту всплывает найрово «посол Никто». Хорошо, что Хищник не слышал, а то бы резво проассоциировал, и тогда беда. Но теперь я понимаю, почему он до сих пор меня не опознал. Он, оказывается, твёрдо убеждён, что я умерла. Вот и отличненько! Поизображаю мирного и ещё не обиженного злыми людишками ракшаса, не разломлюсь. Обожаю дурить главного врага далеков! Цель и задача ясны, продолжаем разговор…
— Этот ваш опасный Найро, он вообще кто? — спрашиваю и ловлю себя на мысли, что мне действительно интересно получить о нём информацию, даже если она продублируется.
— Сволочь, — мрачно отзывается Таген.
Угу, заметила. Но это…
— …не ответ.
— Бывший генерал из нашей оборонки, попытавшийся поднять революцию. Что тут ещё добавлять? И так всё ясно.
— Однобокое суждение для политика твоего ранга, — ловлю в глазах доковыривающего своё устройство Хищника лёгкое одобрение. — Тогда ещё один глупый вопрос. Что будет, если РМ однажды не справится со своей задачей?
Пауза. В смысле, Доктор знает ответ, а я сама догадалась, но хочется, чтобы и блондос его озвучил. Поскольку он не отвечает, продолжаю:
— Усложняю вопрос, что будет, если РМ не справится в отношении Нового Давиуса?
Посланник хмуро осушает чашку и со стуком ставит её на столешницу.
