— Посол у вас? — а на заднем плане, судя по воплям, продолжает катать истерику идиот-блондос. Теперь уже на мой счёт, если правильно понимаю долетающие обрывки слов. Что, за карьеру испугался? Было бы за что, после истории с Зедени она и так загублена по полной программе, нечего спасать.
— Ага. Мы живы, а она не очень. Кровь носом идёт, мы боимся её сильно шевелить.
— Она в сознании?
— Да в порядке я! — не выдерживаю и рявкаю в сторону консоли, слегка приподняв голову. — Отлежаться только надо.
Да, попытка пафосного самоубийства на глазах нашего врага в очередной раз счастливо провалилась. Пора выводить формулу облома.
— Что ты сделала с моим генератором? — тут же возмущённо пыхтит Доктор.
— Сломала, — отвечаю, опускаясь обратно на подушку. — Поломка гипотетически устранима.
— Сама чинить и будешь! — фыркает рация.
— Тебе надо, ты и чини.
Накрываюсь пледом с головой под хохот спутников. Тьфу на вас всех. Ненавижу.
Сквозь шерстяную ткань слышу, как Хищник задиктовывает старателю ряд цифр. Судя по всему, хочет вытащить ТАРДИС из-под мембраны на чистый воздушек, что подтверждает и скрип ротора, и вздрагивание палубы. Кажется, переместились — слышу, как с треском распахивается дверь и входит Доктор, а следом — ругающийся на чём свет стоит Таген. Кто-то бегом подлетает ко мне и подхватывает на руки. По ощущению, схожему с ударом электрического тока, и тошнотворно сильному приступу ненависти, это тал. Убить! Убить. Убить… Жаль, нет сил на осуществление этого соблазнительного плана.
— Доктор, немедленно перемещай нас к её сородичам. У них есть врач, — требовательно заявляет блондос. Одобряю, это недурная идея. Лишний техосмотр… то есть медосмотр не повредит, хотя, по ощущениям, я уже почти в порядке.
— Надорвёшься, дипломат, пупок развяжется, — хмыкает Жозеф. А ведь действительно, я не лёгонькая, всё-таки четверть мускулатуры — металл. Да и кости прочнее и тяжелее за счёт него же. При своей комплекции предположительно вешу не меньше самого блондоса.
— Перемещай, — рычит в ответ Таген. Чего это он? Доставить меня к Бете — это неплохо, но на руках-то зачем таскать? Могла бы и полежать, а там ребята меня бы забрали. И вообще, я ж опасная. Хотя кое-кто и не подозревает, как близко держит свою потенциальную смерть, которой лишь капельки энергии не хватает, чтобы стать кинетической.
Шум оживающего ротора, скрип который век несмазанных темпоральных тормозов. Вопреки ожиданиям, не трясёт — кто-то очень заинтересован в том, чтобы блондос не уронил меня себе на ногу. И только сейчас осознаю, что вот-вот переживут мои ребята. Наверное, уже переживают: вдруг откуда ни возьмись на них падает ни больше ни меньше чем ТАРДИС Доктора — уже картинка не для слабонервных и повод похвататься за оружие. А если ещё и блондос меня на руках вынесет — это вообще туши свет, бросай гранату.
Посадка, шаги и тряска им в такт; полегче, транспорт, меня ведь сейчас и укачать может. Всё-таки нервный тик заработает как минимум Альфа. Бета слишком флегматичен, а сервы из всего в своей среде сделают анекдот, а значит, сбросят напряжение. Потом ещё будут балагурить по возвращении, как Дикий Прайм подъезжал до базы на ручках у блондоса. Вот так мифами и обрастаешь…
— Что с ней?! — вопль Дельты, в котором сквозит заметная доля враждебности, врезается в уши ровно в тот момент, когда Таген выступает из синей будки. Пока наш технарь не перешёл на программу членовредительства и отрывания вражеских голов, процарапываюсь из пледа и наконец приоткрываю один глаз:
— Живая. Пятьдесят шесть секунд вакуума по местному времени при физических нагрузках, ничего смертельного.
Странно. На какой-то миг показалось, что сквозь шум в голове я чувствую эхо разочарования, долетевшее из дверей, которые мы как раз пересекли. ТАРДИС?.. Очень похоже. Но отчего именно разочарование? Нет, логику докторова транспорта мне не понять. То радуется без дела, то молчит, как труп, то разочаровывается непонятно с чего.
— Наркоманка адреналиновая, — доносится откуда-то справа голос Беты на синтетическом, потом он переходит на интергалакто. — На диван, посланник.
— С ней всё будет в порядке? — выдыхает Таген, опуская меня куда сказали. Чувствую, что у него уже подрагивают руки. А ребятки-то шутники, заставили блондоса протащить меня пару лишних де-леров вместо того, чтобы просто перехватить. Проверяют, что ли, на что способна нынешняя порода талов?
— Абсолютно, — отвечает Альфа таким голосом, что я понимаю: будет бить. Долго, больно и, естественно, морально, отчего ещё тошнее.
Уложив меня головой на подлокотник, посланник несколько секунд стоит, склонившись, и глядит мне в глаза. Что-то мне опять непонятен этот взгляд, ну просто полный затык. И такая соблазнительная переносица, аж распухший кулак зачесался.
— Будешь жить? — спрашивает он пресерьёзно.
— Не дождёшься, — отвечаю вслух.
— Ёрничаешь — значит, будешь, — заключает он и распрямляется. — Извините за вторжение, мы уже уходим.
