Слышу внутреннее «ёканье»: мозг нашёл второй сервер локального патвеба, причём недалеко. Скорее всего, в городе — нам выделили посадочное место на столичном космодроме. Значит, ребята рядом, а не укатили куда-нибудь. Может быть, даже встречают. Интересно, как они вообще тут живут, насколько удачно внедрились. Ведь это очень тяжело, не только сдерживать первичный инстинкт рядом с таким количеством аппетитных целей, но и не давать ему проявляться. В мозгу ассоциативно выскакивает фраза, уроненная когда-то по нашему поводу Мартой Джонс в спину Кейт Стюарт — «улыбаемся и машем». Очень про прототипов в обществе талов.
Потому что сейчас мы будем улыбаться и махать.
По приказу Эпсилона сбрасываю трап навстречу подъезжающему маленькому автобусу. Дзета грациозно отрывает задницу от кресла, прогибается назад и подкидывает ладонями свои фирменные крутые локоны длиной до плеч. Это у неё характерный жест такой — говорит, с длинными пышными волосами жарковато, вот и проветривает шею. Но отстричь не хочет, ей нравится дизайн внешности, хотя я не понимаю, как можно наслаждаться такой отвратительной симметрией. Вот и сейчас наш учёный радист нет-нет да бросит косой взгляд в сторону ближайшей зеркальной поверхности. Во время полёта она под инструктажем Беты сплела толстый круглый шнур из бисера, и теперь щеголяет изумрудным ожерельем, переливающимся в вырезе туники-безрукавки, на фоне чёрной водолазки. А вот мы с Эпсилоном — два излучателя пара, только его белый плащ с рукавами, а мой — без, и проволочными браслетами капитан не бряцает. Зато мне переделали майку-поддевашку. Внешне она не изменилась, но теперь края окатов сделались чуть толще, и при нажатии на почти незаметные застёжки из них выдвигаются рукава-облипки с компрессионным эффектом. Это Серв лично распорядился доработать костюм напильником, по собственной инициативе, учтя мой самоубийственный фортель в доме посланника Тагена. Это неплохо ещё и потому, что ткань обладает лёгким защитным эффектом, и в любой агрессивной среде руки пострадают гораздо меньше. Дельте, у которой майка была ровно такой же конфигурации, тоже поменяли форму, на тот же всякий случай. Хорошо, когда младшая каста любит всё доводить до идеала.
«Вещи экипажа корректнее всего нести Йоте, — предупреждаю я Эпсилона. — У Беты — медицинское оборудование, мы с тобой не в том ранге, Эта остаётся на борту, а Дзета, с точки зрения местных жителей, женщина и таскать грузы не должна».
«Мы не обязаны подстраиваться под местных», — тут же ставит меня в известность Эпс. Вот мозги металертовые…
«Обязаны, потому что не должны привлекать внимание и нам нужно усыпить бдительность противника. Тем более что эта модель поведения уже утверждена в прошлой экспедиции. Это не подстраивание и не заимствование, это военная хитрость. Мы должны придерживаться «легенды» даже в мелочах».
«Много слов, но я тебя понял», — суприм такой суприм.
Поворот реле, щелчок по микрофону ВПС:
— Иалад, ты понесёшь ящик с грузом, — приказывает Эпсилон.
Йота тут же отзывается:
— Предложение. Мы можем взять грузовую платформу, — похоже, ему совсем не нравится работать сервом.
— Некорректно, у нас не тот объём груза, — отрезает Эпс.
— Выполняю.
Да, теперь всё сложно. Я больше не абсолютная власть на корабле, я только абсолютная власть во всём, что касается миссии. Распоряжения экипажу должен отдавать капитан. Приходится постоянно его консультировать и осаживать, особенно когда в нас начинают уж слишком активно прорезаться далеки. Причём это может мне стоить хороших отношений не только с супримом, но и с безопасником, он и так на меня косо смотрит. Отдел Вечного весь в своего командира, и даже рядовой контролёр бесится от присутствия такой Мерзости, как я. И уж тем более считает, что не обязан мне подчиняться, а моё высокое звание — это какое-то недоразумение, которое вот-вот разрешится, и всё встанет на свои места, как должно быть. Ну, я согласна, конечно, что Мерзости место в лаборатории, и это в самом лучшем случае. Но не виновата же, что получилось так, как получилось. Вот и приходится его прогибать, используя Эпсилона в качестве подручного инструмента.
Но сейчас и мне придётся выступить по рации.
— Рекомендация. Эдлин, Зарлан, Иалад. Несмотря на гипнопедический фильтр Верленда, ваша практика неформального общения ещё слишком мала, и вы ещё недостаточно освоили расширенный словарь. Поэтому первые двое-трое суток по возможности предоставляйте переговоры с низшими мне и как можно больше наблюдайте. У нас нет права на ошибку, мы не можем подвести Империю. Никто не должен заподозрить, кто мы такие. Не забывайте коверкать интергалакто и употреблять в разговорах слова, которые у низших существ выражают примитивную форму этикета. Это раздел словаря по тэгу «вежливость», — слишком хорошо знаю, как тяжело вовремя употреблять все эти «спасибы» и «пожалуйсты», и как на самом деле они пригождаются в общении с планктоном.
