— Подтверждаю. Придётся сделать вирус ещё более короткоживущим и не распылять, пока с ним могут столкнуться прототипы, — вспышка ледяной злобы растаяла, Император вновь говорил совершенно нейтрально и не излучал ничего, кроме профессионального спокойствия. — А потом закрыть темпоральную зону до тех пор, пока существует хоть один тал. Без объяснения причин для всех остальных. Я сам доработаю вирус.
— А пленный? — почти с надеждой поинтересовался безопасник, но тут же шестым чувством угадал, за какие парсеки его сейчас пошлют. Слишком хорошо ему была известна страсть правителя к генетике.
Так и есть:
— Мне нужен живой образец того, как можно исказить далека, чтобы подчинить его чужой воле и чужой идее. Это пригодится нам в будущем, в том числе против Доктора, — Император помолчал, и Вечному показалось, что он гадко улыбнулся. — Пленный не умрёт.
А может быть, подумал Вечный, убить было бы и милосерднее. Во всяком случае, он сам бы точно предпочёл дезинтеграцию любой степени мучительности. Потому что это лучше, чем оказаться в пожизненном анабиозе и работать экспонатом в музее.
У него была стойкая нелюбовь к музеям после Пандорики.
(База «Центр», полторы недели спустя, тир).
После долгих стараний Фита наконец всадила в «десятку» три разряда подряд и только после этого позволила себе включить прицел. Поставленная на сегодня задача решена. Меткость росла с каждым днём, и новое зрение уже не так нервировало, даже наоборот, начинало нравиться. Влепив ещё несколько залпов в самую дальнюю мишень, в которую без прицела пока вообще попасть не получалось, она отложила тренировочный пистолет.
Дельта задерживалась. Это было не то чтобы полным непорядком, учитывая её биологический режим и постоянные медицинские проверки, но всё же оставалось досадным, особенно учитывая сложившиеся обстоятельства. Винить, правда, кроме себя было некого.
После отлёта «Протона» они на какое-то время остались вдвоём и были вынуждены тесно общаться. Тогда-то и стало заметно, что мышление Дельты откровенно превышает средний уровень «красных» — или она не знает «красных». Фита обратила на это внимание учёных, и те подтвердили, что экспериментальные сервы первой партии действительно получили слишком большой потенциал и быстро развиваются. Обдумав эту информацию со всей дотошностью своей касты, Фита сделала вывод, что нерационально держать того, кто так прогрессирует, на низшей ступени, и обсудила вопрос сначала с психологами, а потом дошла и лично до Учёного. Результатом было то, что не делалось раньше в принципе — перепрофилирование. Дельта прошла массу тестов и была признана условно пригодной к зачислению в «синие», к собственному изумлению и озадаченности научного отдела; история поднялась на самые верхи, и лично Император вынес окончательный вердикт — допустить временный перевод в другую касту. Пока Дельта является участником эксперимента и находится в теле прототипа, на ней отработают переучивание взрослой особи. А ответственной, естественно, поставили Фиту, как ближайшего стратега и инициатора. Ей ещё подумалось, что в рамках проекта «Прототип» можно, наверное, даже Общую Идеологию оспорить — потом не простят, но поначалу с любопытством пронаблюдают за барахтаньем.
Фиту поразило, как истово Дельта взялась за учёбу. Обычные гипнопедические ленты не годились — там было много информации, пересекающейся с программой обучения сервов, а забивать память дублирующимися данными представлялось нецелесообразным. Писать новые ленты для одного-единственного случая было экономически не оправдано. Поскольку проект не имел ограничений во времени, психологи предложили другой вариант, самообучение посредством заучивания недостающих материалов под контролем ответственного лица. И Фита оказалась в роли ментора.
Ей понравилось. Понятливая и трудолюбивая Дельта была готова как глотать новые знания круглосуточно, так и решать всё усложняющиеся задачи, сочиняемые наставницей. Она показывала себя ответственным и трезвым командиром, с которым хоть в атаку, хоть в разведку, быстро ориентировалась в сложных ситуациях и никогда не отступала. Пожалуй, думала Фита, такими темпами она натянет даже на командарма, потому что настолько решительного и напористого стратега никто не станет держать при штабе, ему место на передовой, причём в высоких чинах. Уж эскадру-то Дельте можно было поручить хоть сейчас, если бы не её физиологическое состояние.
