— Моя милая, — указательный палец левой руки Повелителя Времени навёлся на неё, как перст вселенского скептика. — ТАРДИС — это машина времени. Мы можем вернуться к прежнему приключению в любой момент. Но мне кажется целесообразным приглядеться к этим чужакам. В конце концов, нет ничего крамольного в том, что они приспособят к делу чёрную дыру — ну хоть в чём-то ваше бывшее светило поспособствует сотворению, а не разрушению. Надо им просто объяснить, что связано с вашей звездой, а если у них такие крутые технологии, то, может быть, мне даже удастся попытаться найти с их помощью секретную базу Новой Парадигмы… Ведь существует же она хоть где-то! Откуда-то они вылезали во времени!..
— Так они действительно ещё живы? — напрягся Таген.
— Зануда, я тебя умоляю — вселенная без далеков? Да так просто не бывает, — и тише: — хотя я бы очень хотел, чтобы так однажды стало.
— И всё-таки, — ужасно нерешительно и практически себе под нос прогудел Жозеф, — кто такие далеки?
— Молись великому Маниту, чтобы никогда этого не узнать! — резко и грубо отрезал Доктор. И бесстыже умыкнул с блюдечка два забытых пряника…
(У ложи талов, после объявления перерыва)
— …Ну, что скажешь, Доктор?
— А что тут ещё говорить, Зануда? Тут смотреть надо. И думать. Пошли знакомиться!
— Да, знакомиться… — как-то странно отозвался тал.
Луони тут же поддела брата локтем, лукаво улыбаясь:
— Что, она в твоём вкусе? Мне казалось, ты не любишь ксено-брюнеток.
— Ой, помолчи, а? — взмолился Таген. — Просто вчера ночью я с ней столкнулся.
— М-м-м? — тут же насторожился галлифреец.
— Проводил её до ТАРДИС, — блондин кивнул на сестру. — А когда возвращался, мимо меня прошла посол Зеро.
— Кстати, странное имя, — заметил Доктор. — Если это вообще имя. И ещё кое-что странное…
— Что? — тут же хором спросили Жозеф и Луони.
— Так, я думаю, — заткнул он их привычным взмахом указательного пальца. — И мне надо не мешать. Поэтому вы останетесь здесь, или пойдёте куда-нибудь опять пробовать инопланетную еду, или ещё чем-нибудь займётесь, только не шумите. Даю вам выходной от должности моих спутников на пару часов. Зануда, пошли.
И он решительно направился по коридору. Таген, пожав плечами в ответ на умоляющий взгляд сестрицы, потопал следом.
— Ну что за невозможные мужики! — Луони от досады даже пнула ногой косяк двери. — Как вообще с вами можно выживать?
— Помолчи, скво, и подумай головой, — отозвался Жозеф. — Нам же недвусмысленно намекнули чем-нибудь заняться, только не шуметь. А значит, не привлекать к себе внимание, понятно?
Парочка переглянулась, медленно расплылась в заговорщицких улыбках и тихонько покралась следом за Доктором и Тагеном…
(Вечером, после беседы в переговорной)
Таген упал в плетёное кресло и, обхватив подушку, уткнулся в неё лицом.
— Всё отлично? — осведомился знакомый голос с террасы. Ну да, она была смежная, на неё выходил не только кабинет, но и гостиная. Раньше Тагену нравилась эта особенность дома, но сейчас он её резко возненавидел, и не только потому, что два часа назад на ней нахально припарковалась ТАРДИС.
— Доктор, разве похоже, что всё отлично?
— Ну, не считая того, что у тебя болят зубы, — утвердительно заявило это ископаемое, заходя в кабинет с чашкой. — Тебе не следует злоупотреблять имбирными пряниками.
— Я не ем имбирные пряники, и у меня НЕ болят зубы.
— Все дети утверждают, что у них не болят зубы, чтобы не идти к доктору.
— У меня НЕ БОЛЯТ зубы!!! — Таген едва сдержался, чтобы не швырнуть подушкой в Повелителя Времени. — У меня просто всё плохо. Тот мужчина, которого я сбил с ног… Это был чрезвычайный и полномочный посол Зедени. И он всё воспринял, как оскорбление его государства. Карьере конец. А если он пронюхает, что моя сестра в тот же момент сшибла сонтаранского посла, конец не только карьере, я весь Новый Давиус под войну подведу.
Доктор, отхлебнув из чашки своё страшное варево из чая, молока, сахара и пряностей, устроился на краю письменного стола.
— Не буду скрывать, пока тут нет твоей сестры и вообще посторонних — есть риск, что подведёшь.
— Ты что-то об этом знаешь?
— Я слишком много путешествовал во времени. И знаю, что его можно переписать. Поэтому давай мы просто сделаем всё, чтобы загасить конфликт, а?
— А ты сможешь? — более нерешительно, но менее враждебно спросил Таген.
