Мне повезло или же не повезло быть свидетелем проявления некоторых симптомов поветрия «часов», не считая видимых телесных изменений в виде не затягивающихся ран — их я в расчёт не беру из-за своей очевидности. Разумеется, держу все обнаруженные мной намёки на рождение подобной болезни в рамках предположения и не выпускаю их за его пределы — неосторожность чревата последствиями в виде надрыва рассудка, безумия. Одним из таких намёков были почти неуловимые капли дождя, что пытались падать в обратном направлении, стремились вернуться в лоно своей тучи. Наблюдал за подобным пару раз и видел собственными глазами. Сложно описать чувства, которые испытывал в те мгновения демонстрации наплевательского отношения к сложившимся правилам «нормальности». Другим намёком на присутствие симптома были слова несчастно-безумных ронохов; большинство не обращает на них внимания, и те один на один остаются с трудностями, возникающими по другую сторону глаз. Из их ртов вырывались потоки слов, складывались в малопонятное — единое. По моему мнению, их разум одновременно существует в трёх точках: в прошлом, в настоящем и в будущем. Не знаю, дар это или же проклятие, но как-то раз видел бедолагу, что оказался запертым в каком-то страшном воспоминании и не мог из него выбраться. До костей стирал пальцы об стену разума, пытался проделать в ней хотя бы небольшую, но брешь, чтобы наполнить лёгкие доказательством существования реальности. Стучался в возникающие перед ним призрачные двери, лихорадочно бился об них, желал выбраться из невообразимого круга безумия. Но ни одна из них не открывалась. И в итоге он прекратил свои страдания, проведя осколком стекла по своему горлу. Сделал это так быстро, что окружающие не смогли вовремя выбрать необходимую мысль из забурлившего водоворота событий, поэтому не успели остановить его. Я не могу никого осуждать за промедления, потому что иногда всё происходит с ужасающей скоростью.
Есть ещё один призрачный симптом. Его сложно обнаружить и ещё сложнее описать, но не могу не попытаться. Заметил, что вспышки Поветрия времени возникали постепенно во всём государстве. Прошлись и по сердцу Империи, и по всем пяти Провинциям. Небольшая ремарка: мне больше нравится называть их не Провинциями, а Доминионами. Так вот, если взять карту и отчёты всех Знатоков, то можно провести линю и понять, что пока болезнь бушевала в одном Доминионе — в другом о ней ни сном ни духом, то есть количество поражённых прекращало расти. Будто бы она двигалась, странствовала по континенту и теперь снова навестила Оринг. Может быть, это как-то связано ветром? И самое странное — такие вспышки затягивают всех в сферу своего влияния. Появляются трудности с выражением своих мыслей. Что в устной форме, что в письменной. Речь становится какой-то угловатой, ломанной, что ли. Если болезнь оболванивает — то это очень удобно для Министерства и Церкви. Не нужно прилагать дополнительных усилий. Но как мной и было указано — всё вышеперечисленное является призрачным симптомом. А как часто здравомыслящий видит призраков?
Сидя на скамье экипажа и смотря в небольшое окно, прислушивался к журчанию реки рассуждений в моей голове. Когда услышал занимательные всплески, то подсёк и вытащил одну из «рыб», но она снова оказалась о длительности наших поисков. Мы уже так долго в пути, что начинает казаться, будто объехал весь континент, и даже побывал на далёких заснеженных просторах за Жгучем морем. Так сказать север для севера, где проживают высокие свободные люди. Во всяком случае, их таковыми описывают путешественники в своих книжках. Насчёт их размеров могу сказать, это вполне ожидаемо, если учесть некоторых животных, которые крупнее своих собратьев из других сторон горизонта. Может быть, эти отличия каким-то образом вызваны холодным воздухом или снегом; не уверен. А насчёт свободы появляются вопросы, например: свободны от потребности в пище, сне или же от чего-то другого? Но, скорее всего, говорится о свободе выбора, о свободе воли.
Я неторопливо перебираю воспоминания, стараюсь аккуратно растолочь их на крошечные части, надеясь на обнаружение чего-то упущенного, чего-то важного. В процессе случайно докопался до вынесенных из библиотеки артефактов. Вернее до так называемых артефактов, так как мной не было обнаружено ни малейших признаков особенности. Эти побрякушки создали культисты в своих попытках разгадать секрет одного из прислужников Старой войны. Но, благодаря Шестипалому и его верным подчиненным, те потерпели неудачу; ведь развороченная будка здорово мешает в любых поисках. Говорю это как сведущий участник. Я же в ту ночь тоже сражался, но только не внутри библиотеки, а на улице. Та ещё была погодка… тени и страх вдоволь наигрались с нами. Выжив и одержав победу, всё же спустился внутрь каменного свидетеля, который хранил рукописи, что наглядно отображали всю несостоятельность человеческого существа.
