— Определённо что-то готовится, — подтвердил мужчина с костылем. — Настораживает то, как после ночного крика и плача… количество посетителей растет. При этом никто даже не видит, как они приходят. Просто появляются, будто из стен. А после каждой попытки библиотекарей выставить их, те каждый раз возвращались. И сегодня… сами смотрители присоединились к ним в этих бесцельных блужданиях, — рассказал ловчий с дрожью в голосе. — Должен признать, они владеют исключительной ловкостью, раз создают видимость того, что появляются из ниоткуда. Ещё умеют грамотно подкупать…или же с ними есть алхимик, которому известны рецепты секретных микстур.
— Значит, это они похищают наших людей. В таком случае… нужно вместе с вермундами проверить этот читательский кружок.
— Если это дело лап Министерства, ваше с мундирами вмешательство может спугнуть их. Мы потеряем возможность собрать больше сведений об их методах. Что, если это приманка для отвлечения внимания? Если не будем знать наверняка, где корни этого сорняка, то велик риск его повторного появления. И в итоге… будем сидеть по уши в де… в сорной траве.
— Предлагаешь не торопиться, чтобы не упустить возможность намотать на ветку всю паутину?
— О. Ну, можно сказать и так. Нужно быть острожными, когда враг — Министерство. Как говорится, лучше перебдеть.
— Хорошо, тогда отправлю констеблей в рамках обычной проверки. Пусть посмотрят, что там к чему. Надеюсь, Грегор успеет разузнать что-нибудь…
— Неплохой вариант. Кстати о Грегорах. Могу я задать вам вопрос, господин Бургомистр?
— Разумеется, господин ловчий, — устало щёлкнув, ответил Рэмтор.
— Этот Грегор… кто он такой? Я следил за ним некоторое время. Он зашёл в Банк, там взял сумку и пошёл в пекарню. Потом забрёл в тупичок…а когда я заглянул туда, то его там не было. Только… сладкий рулет лежал на клочке бумаги с надписью: «
— Если спросить у него, он, скорее всего, ответит, что пекарь… или что-то вроде того. Я понимаю твою настороженность, но он на нашей стороне.
— Ага, — с опаской произнёс неряха в поношенном сюртуке в ответ про любителя носить цилиндр. — Как бы пироги пекаря не были с мясом жителей этого города. Поймите, языки хлещут его сильнее, чем хлыст лижет спину дурного раба. Вместо крови летят сплетни. Пока о них никто не думает, но я видел их зарождение. Вижу по глазам. Его уже прозвали охотником на проклятых чудовищ. Нет, он так не представлялся. По крайней мере… я не слышал. Но внешний вид говорит о многом. Знаете, жизнь оставляет отпечатки на лице? По ним можно многое рассказать о человеке. Лицо Грегора холодное, почти мёртвое. Но я видел, как оно изменилось в момент, как по щелчку пальцев. Безумен он, безумен. Полуденные убийцы бы испустили дух через седалище от такого взгляда и улыбки. Нет, оскала… он даже на его шее…
— А после чего он показал своё второе лицо? — спросил Рэмтор, пуская по пальцам многоножку.
— Он разговаривал с какой-то черноволосой девчушкой в мужском плаще. Там его перебил торговец, чесночник, предложил свой товар.
— Всякий бы изменился в лице из-за подобного. Особенно если разговор важный. Теперь лучше скажи, не пропадал ли недавно один из ловчих?
— Милорд, мне ещё есть, что вам рассказать…
— Сначала ответь. Это тоже важно. Важно для всех нас.
Ловчий тяжело выдохнул, как если бы пытался разогнать тучи своих мыслей.
— Мне ничего об этом не известно. Мы не знаем друг друга, а не попадаться — обучены. Было бы даже забавно, если бы мы случайно охотились на своих коллег. Забавно, но в то же время — трагично. Вот была бы неразбериха.
— Я тебя понял. Не зря вы обучаетесь у актёров. Но от этого не легче.
— Без умения притворяться и быть кем-то другим в нашем деле никак, — подчеркнул он. — Сейчас всем нелегко. И будет только хуже. А город только начал зеленеть.
— Что говорят тебе твои предчувствия? — спросил Рэмтор.
— Вы настаиваете?
— Да, я настаиваю. Ваш ум, ваши предчувствия — надёжные инструменты. Они никогда не подводили.
— Хорошо… только предупрежу, я усомнился не только в своих предчувствиях, но и в здравости своего рассудка. Если всё закончится успешно, я уйду со службы, ибо больше не пригоден. Так будет лучше.
— Да будет так. Оренктон не бросит тебя, мы обеспечим тебя всем необходимым, когда уйдёшь на покой.
