Выход из тупика, по словам С. Струмилина, предложил Л. Троцкий, который в январе 1923 г. на XII съезде партии призвал «пройти через стадию первоначального социалистического накопления», что привело к повышению цен на промышленную продукцию более чем в 2 раза (на 130 %)[355]. Одновременно (в апреле – сентябре), для кредитования промышленности и потребительского спроса, была резко увеличена эмиссия совзнака, что привело к всплеску инфляции (Гр. 4)[356]. Последняя, по словам Вайнштейна, ударила прежде всего по деревне: в «1923 г. реальные хлебные заготовительные цены оказались значительно ниже (почти вдвое) осенних 1922 г., в противоположность предшествующим годам и довоенному времени»[357].
Гр. 4. Темпы прироста индекса розничных цен в совзнаках, %[358]
Одновременное повышение цен на промышленные товары и снижение – на сельскохозяйственные, привело к резкому увеличению «ножниц цен»: если на 1.1.1923 разница между ценами на промышленные и сельскохозяйственные товары, по оптовому индексу Госплана, составляла 1,56 раза, то на 1.10.1923 уже – 3,1[359]. В результате, в октябре 1923 г. «неожиданно разразился кризис сбыта» промышленных товаров и правительство было вынуждено пойти на общее снижение цен на них[360]. В результате раствор «ножниц», сократился к 1.04.1924 до 1,33 раза[361].
Другая проблема, «со всей остротой выдвинутая движением цен в 1924 г.», состояла, отмечал А. Вайнштейн, в „рваческом” характере частной торговли[362], которая привела к образованию еще одних «ножниц цен» – «оптово-розничных»[363]. Борьба с этими «ножницами» привела к созданию в 1924 г. Наркомата торговли, для вытеснения из нее частника.
