Другая причина «высокой эффективности» частных предприятий крылась в широко распространившейся с началом НЭПа коррупции. Исследовавший источники накопления первоначального капитала в период НЭПа Ю. Ларин в 1927 г. приходил к выводу, что «первым… методом нелегальной деятельности по созданию частного капитала было наличие его соучастников и агентов в государственном аппарате…, из
Подобные явления сопровождали попытку перехода на хозрасчет и в 1960-е гг., во время Хрущевской оттепели. Тогда резко «вырос, – как отмечают Л. Гордон и Э. Клопов, – размах дифференциации основной части населения по уровню материального положения…, широко распространились спекуляция, коррупция и другие корыстные преступления, в целом ряде мест произошло сращивание звеньев партийного и государственного аппарата с преступными элементами»[376]. «В коридорах власти на самых разных ее уровнях, подчас очень высоких, – подчеркивал Пленум ЦК КПСС 1988 г., – (в 1960-е гг.) начало ощущаться смрадное дыхание организованной преступности, запах того, что сегодня обозначают понятием «коррумпированные группы»»[377].
Внешним ограничителем ценовой политики государства выступал мировой рынок, который характеризовался тем, что сельскохозяйственные цены на нем были выше, чем в России, а промышленные – ниже (Таб. 6). Именно эта разница в ценах, обеспечивала российским сельхозтоварам конкурентоспособность на мировом рынке и позволяла получать необходимые валютные ресурсы для индустриализации.
С особой отчетливостью этот внешний ограничитель проявился в 1925 г., когда в связи с неблагоприятными погодными условиями и большим размахом «ножниц цен», крестьяне подняли цены на свою продукцию. В результате разница в ценах с внешним рынком «оказывается настолько небольшой, что экспорт советских сельскохозяйственных товаров при сохранении довоенного паритета рубля становится невозможным»[378].
Таб. 6. Средний индекс цен по: Англии, Германии, Франции и США, по отношению к СССР = 100[379]
Рост цен на сельхозпродукцию сузил размах «ножниц цен», что вынудило правительство вновь вернуться к эмиссионному (кредитному) финансированию экономики «Количество денег в обращении с 1 июня по 1 декабря 1925 г. увеличилось на 63 %»[380]. Для предотвращения раскручивания инфляции, вслед за установлением директивных цен на промышленную продукцию в 1923 г., в сентябре 1925 г. были установлены директивные цены – на сельскохозяйственную. «
«
