Намар? Так рано? Мысль пронеслась, как шальная пуля. С виду спокойный, почти флегматичный профессор – и вдруг такая спешка? Тревога, холодная и цепкая, сжала желудок Гриши. Он сорвался с койки.
Быстрый душ и завтрак, проверка кобуры – все движения были отточены до автоматизма. Он вылетел из общежития, едва не снося дверь.
В пехотном штабе царила предрассветная тишина. Гриша ворвался в указанный кабинет за пять минут до срока. Намар уже ждал. Сидел за аккуратным столом, его тонкие пальцы сложены перед собой. Никакой торопливости, только сфокусированная энергия.
– Доброе утро, молодой человек, – голос профессора был ровным, но в нем звенела стальная струна нетерпения. – Времени в обрез. Перейдем сразу к делу. Угощайтесь. – Он подвинул через стол высокий термос из матового металла. Крышка была чуть приоткрыта, и оттуда сочился густой, терпкий, невероятно соблазнительный аромат настоящего кофе.
– Эм… Спасибо, – Гриша налил в предложенную крышку-стаканчик. Сделал глоток – и чуть не поперхнулся. Это был не синтетический суррогат, а настоящий кофе. Богатый, глубокий, с едва уловимыми нотами дыма и темного шоколада. Роскошь по местным меркам.
– Нравится? – Намар слегка наклонил голову. Гриша кивнул, не в силах вымолвить слова от изумления. – Натуральный. Арабика с высокогорных плантаций. Стоит… соответственно. Но не в этом суть. Григорий… – Профессор пристально посмотрел на него, – ваша кандидатура была единственной. И не назначить вас я не вижу причин. Потому предлагаю обсудить ключевые моменты сейчас.
– Хорошо, – Гриша поставил стаканчик. – Как раз собирался этим заняться. – Он не врал. Ну не совсем. Просто планировал погрузиться в детали вечером, ведь до старта экспедиции было еще три дня.
– Отлично. Вы читали что-либо о планете Меди-1? – спросил Намар.
– Нет, – честно ответил Гриша.
Профессор позволил себе легкую, почти незаметную улыбку. – Это планета-заповедник, Григорий. Но не обычный. Если в стандартных случаях оберегают флору и фауну, то здесь… людей.
– Не понял, – Гриша нахмурился.
– Сейчас поясню, – Намар отхлебнул из своего термоса. – Когда человечество расселялось по галактике, происходило… всякое. И частое из множества исходов - регресс технологий. Иногда – естественный путем, иногда – в следствии внешнего вмешательства или катастроф. Суть в том, что уровень развития местного населения Меди-1 сопоставим с поздним средневековьем. Мечи, луки, примитивное земледелие и все подобное.
«Хмм… Интересно», – промелькнуло у Гриши. «Оказывается, бывает и такое. Мне же лучше «пешая прогулка» еще никому не повредила?»
– Но не спешите расслабляться, – голос Намара стал жестче, как будто он уловил общую мысль. – Из-за уникальных планетарных условий – специфическая радиация, состав атмосферы, и до конца не изученные факторов – в их популяции закрепилась… мутация, именуемая в народе Псионизм.
– Кого?! – Гриша почувствовал, как по спине пробежал холодок.
– Псионизм, – повторил Намар. Его пальцы нервно переплелись. – Как вам объяснить… Телепатия. Телекинез. Пирокинез в зачаточных формах и многое другое. Эти понятия вам знакомы?
Гриша медленно кивнул. «Спасибо… Рен ТВ,» подумал он, стараясь скрыть нарастающую тревогу.
– Помимо этого, – профессор продолжал, словно зачитывал смертный приговор, – местные активно используют найденные инопланетные артефакты неизвестного назначения. И, что критично, они умеют обрабатывать инопланетные сплавы… колоссальной прочности. Создают из них доспехи и оружие, способное противостоять нашему легкому стрелковому вооружению.
Вот блин… Мысль пронеслась со скоростью света. «Пешая прогулка? Хрена с два! Мне так повезет Пироманты-телепаты в доспехах, вооруженные чем-то, что может пробить меня на вылет… Класс? Тут даже с технологическим перевесом могут возникнуть трудности…»
– Я вас понял, профессор, – Гриша сделал усилие, чтобы его голос звучал ровно. – Запрошу дополнительные силы. Штурмовую группу. Тяжелое вооружение. Бронеподдержку.
– Нет. – Слово Намара упало, как гильотина. Его взгляд стал ледяным. – Все вышеперечисленное я озвучил ровно с одной целью, Григорий: донести до вас, что операция должна быть проведена в абсолютной тайне.
Никаких лишних людей. Никакого шума. Никаких следов нашего присутствия, кроме санкционированных научных контактов. Любое нарушение этого условия – провал миссии и чудовищный скандал. Заповедник, же помните?
Гриша нервно сглотнул. Горло внезапно стало сухим, как дорожная пыль. Аромат роскошного кофе теперь казался горьким предзнаменованием очередного геморроя. «Тихие раскопки, блин»? Теперь это звучало как издевательство. Сродни прогулке по минному полю… в кромешной темноте.
Гриша медленно поставил стаканчик с кофе. Аромат уже не радовал, а лишь подчеркивал горечь предстоящего.
– В таком случае, профессор, – его голос был спокоен, но в глазах горел аналитический огонь, – мне нужны подробности. Насколько агрессивны местные в текущей ситуации? Встречались ли они с внеземными цивилизациями раньше? И главное – какие были исходы таких встреч?
