Дым сигарный висел тяжёлыми, сизыми лентами, вязкий и горький. Кабинет был просторным, но казался тесным от напряжения. За массивным столом из полированного черного дерева сидели четверо. Хозяин кабинета – лицо, изборожденное шрамами, как старая карта боёв, – излучал холодную ярость.
Каждый рубец на его лице будто пульсировал недовольством. Пальцы с коротко остриженными ногтями перебирали свежую сигару, не зажигая её, лишь сминая плотный лист. Его взгляд, острый и лишённый тепла, методично сверлил каждого из троих подчинённых.
Молчание повисло, густое и неловкое, как смог. Прервал его верзила, чье массивное тело едва умещалось в кресле, от которого слышался тихий стон пластика и металла, что буквально умирали под его весом.
– Босс, а зачем ты нас собрал? – голос был низким, как грохот камнепада.
– Это и дебилу понятно, – высказался второй, жилистый, с крючковатым носом, напоминавшим клюв хищной птицы. Его пальцы нервно барабанили по подлокотнику.
Третий, бледный как лунный пейзаж. (не от страха, просто кожа такая – мертвенно-белая, почти фарфоровая), лишь приподнял тонкую бровь.
– А мне вот ни хрена не понятно, – процедил верзила.
– Из-за «Гвоздя» – Процедил бледный, нервно закатив глаза.
– Из-за Гвоздя! А чё с ним? – Продолжал расспрос верзила.
– Ты за новостями вообще не следишь? – крючковатый нос скривился в гримасе презрения.
– Слежу! И до сих пор не понимаю: ну грохнули мы его, и что дальше?
Хруст! Босс сжал кулаки так, что костяшки побелели, а суставы издали отчетливый, угрожающий звук. Все трое невольно напряглись.
– А дальше, – голос Босса был тихим, но он резал воздух, как нож, – будут следующие если вы дебилы будите ослушиваться моих приказов. Я ещё раз хочу вам напомнить, – он медленно обвел взглядом каждого, – что, если будете своевольничать, окажетесь на его месте. Точка.
– Босс, ну погоди, – встрял бледный, его голос был сухим и бесстрастным. – А что он не так сделал? Ты сам приказал наблюдать.
– Наблюдать. Это верно, – Босс кивнул, и в его глазах вспыхнули холодные искры. – А этот идиот, – он почти выплюнул слово, – мало того, что налакался, как свинья в сточной канаве, так ещё решил поиграть в царька горы. И завладеть кошкой без моего прямого приказа.
Двое – крючковатый и бледный – мгновенно переглянулись, в их взгляде мелькнуло понимание и что-то похожее на страх. Жилистый быстро кивнул. Верзила же нахмурил лоб, похожий на скалистый уступ.
– Я вот до сих пор не понимаю, Босс, – заговорил он с упорством бульдозера. – Ты же сам нам говорил: девчушка – наша цель. И... камни какие-то. Берём её, камни, и валим. Что мы тут прохлаждаемся, попутно неся потери на этих дурацких заданиях?
– Ещё не время, – отрезал Босс, его терпение явно таяло.
– Эмм... – верзила протяжно застонал, его лицо выражало полнейшее непонимание.
Его компаньоны синхронно отвели взгляды: крючковатый принялся изучать потолок, бледный – свои безупречно чистые ногти. Пытаясь дистанцироваться от тупости своего собрата.
– Для тебя, Кувалда, – Босс произнес кличку с ледяным сарказмом, – поясню отдельно, на пальцах. Мы тут, пока я не скажу обратное. Или ты хочешь сам метаться по задворкам галактики, как мусорщик, вынюхивать этот инопланетный хлам, а потом ещё и голову ломать, как его заставить работать? Милости прошу?
– Босс, для Кувалды это лишнее, – тихо, но отчетливо вставил бледный, не поднимая глаз. – Он то и с устройством двери разобраться так и не смог.
Со стороны жилистого (Шкипера?) сорвался короткий, сдавленный смешок.
– Да пошли вы! – Кувалда обернулся к соседям, лицо налилось кровью. – Я что, ёб... то есть, она была просто сломана! А я так стукнул разок – и всё! Нет двери, нет проблем! – Выпалил он гордо выпятил грудь.
Фонтан его необузданной радости прервал резкий жест Босса – ладонь, выставленная вперед, как дорожный знак "Стоп".
– Призрак. Кувалда. Шкипер. – Он назвал их кликухи медленно, с весом. – Вы – те, с кем я начинал восхождение из грязи. Не вынуждайте меня... – он сделал паузу, давая словам проникнуть в самое нутро, – ...произносить прощальные речи на ваших похоронах. У меня для этого плохой слог.
Все трое кивнули в унисон, как марионетки. Уважение к Боссу, выкованное годами и его безжалостной эффективностью в "решении проблем", было единственной и вполне достаточной константой.
– Так какие будут указания? – спросил Призрак (бледный), откинувшись на спинку кресла с показной расслабленностью, которой не было в его холодных глазах.
– Пока ждём. Сильно не отсвечивать, – Босс отхлебнул из стоявшего рядом стакана с мутной жидкостью. – Как только Легион или... мои информаторы... найдут новый камень – начинаем действовать. И про этого «Григория» не забываем, я подозреваю что он как-то связан с «Орионом». С ним явно что-то не так. Пока всё.
Все снова кивнули, легкое облегчение скользнуло по их лицам. Сложная часть, казалось, позади. Они уже мысленно собирались уходить.
Но Босс думал об обратном. Его мрачное лицо повернулось к ним снова, и в кабинете внезапно похолодало.
