– Лучше объясните – что мне им сказать? Желательно быстро!
Намар тяжело опустился на складной стул. – Ладно. Правила просты: Без резких движений. Голос – старайтесь держать ровным, четким и спокойным. Никаких повышенных тонов. Не лебезите – они воспримут это как слабость или подвох.
– Если поступят предложения – никогда не соглашайтесь сразу. В местной культуре – взять паузу на "совет с духами" или "размышление" – знак уважения и мудрости. – Он хлебнул воды из походного графина.
– Для начала – поклон. Вот так... – Профессор встал и продемонстрировал сложный, почти церемонный жест: одна нога отведена назад, корпус слегка наклонен, руки раскрыты ладонями вперед на уровне пояса. – Показываем, что руки пусты и намерения наши мирны.
– Эмм... А руку им просто... нельзя пожать? – неуверенно спросил Гриша.
– Нет! – чуть не завопил Намар. – Тем более! Избегайте близкого контакта! Их понятие личного пространства и ритуальных прикосновений нам неиз...»
Шипение! – Народ! Их посланцы! У самого периметра! Вывожу на экран!
На центральном мониторе палатки возникло изображение с внешней камеры. Трое всадников на огромных «бронебрюхах», закованных в тяжелые, примитивные, но внушительные латы с головы до лап.
Центральная фигура – в плаще кроваво-красного цвета. Он поднял руку, и его голос, усиленный каким-то рупором или магией, громыхнул, заглушая шум лагеря.
– Небесные люди! Слушайте глас Посланника Короны Королевства Лайонес! Вы ступаете по земле Ее Величества! По законам земли сей, вы обязаны немедленно предстать пред ликом Посланника! В случае отказа... – голос сделал драматическую паузу, – ...вы будете стерты с лица мира! Мы не намерены долго ждать. У вас есть... один час!
Эхо его слов покатилось по холмам, смешиваясь с натужным гулом генераторов. Гриша обменялся взглядом с Намаром. В палатке повисла тяжелая, звенящая тишина.
"Переговоры" начинались с ультиматума.
Глава: 10
Гриша шагал по направлению к шатру.
Слева, чуть позади был – Канни с автоматом на ремне, руку он держал на пистолете у бедра. Его фирменная улыбка была натянутой, как струна, а глаза сканировали окружающих с неестественной интенсивностью.
Справа – Брут. Массивный, как скала, в полной тактической броне, с тяжелым пулеметом, небрежно перекинутым через плечо. Его каменное лицо и холодный взгляд поверх голов окружающих должны были внушать уважение или страх. «Не думаю, что это кого-то тут впечатлит по-настоящему,» – мелькнуло у Гриши, «но хуже не будет».
Они шли под прицельным взглядом десятков воинов. Рослых, в доспехах, которые казались... неестественными. Слишком гладкими. Слишком чистыми.
То ли они были начищены до зеркального блеска, то ли в металле было что-то еще, заставлявшее его слегка мерцать в рассеянном свете. Гриша не мог понять.
«Мне не нравится, как они на меня смотрят,» – пробормотал он сквозь зубы, чувствуя спиной десятки колющих взглядов. Брут лишь фыркнул, его взгляд, как сканер, медленно скользил по лицам стражников. Канни улыбался еще шире, крепче сжимая рукоять оружия.
Придворный (или приказчик) в скромной ливрее молча указал на вход в шатер из поблекшей красной парчи, колыхавшийся на ветру. "Прошу сюда," – произнес он монотонно, отодвигая тяжелую штору.
Внутри, за простым походным столом, сидели трое:
Первый: Зрелый брюнет с лицом, изборожденным тревогами и заботами. В практичных, но качественных доспехах гвардейского капитана. Сидел по центру, его руки лежали на столе ладонями вниз, будто готовясь к сложному диалогу.
Второй: Лысый старик, укутанный в просторный, потертый походный халат, скрывавший худобу. Его маленькие, невероятно живые глазки-бусинки с любопытством изучали Гришу, словно редкий экспонат. Пальцы нервно перебирали деревянные бусины на шнурке у пояса.
Третий: Чопорный, с аккуратной козлиной бородкой и безупречно выбритыми щеками. Одет в темный камзол, расшитый тонким, почти незаметным узором – скромно, но со вкусом и намеком на статус. Сидел с безупречной осанкой, сложив руки на коленях.
Гриша сел напротив них, забыв про сложный поклон Намара напрочь. Волнение сковало движения, да и атмосфера в шатре – плотная, наэлектризованная – не располагала к церемониям. Средний привстал, слегка наклонив голову – жест скорее формальный, чем уважительный. Его голос прозвучал глухо, но отчетливо заполнил шатер:
– Я – Мадрок, капитан Гвардии Ее Величества Кайры Лайонесской. Слева – Архимаг Понт из Верховного Круга. Справа – Дипломат Оман, представитель Короны. Вы?
– Григорий. Глава охраны экспедиции, – ответил Гриша, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Он кивнул назад, не оборачиваясь: – Канни и Брут. Мои люди. Говорить в любом случае буду я.
Мадрок кивнул, его взгляд не отрывался от лица Гриши. Переговоры начались без преамбул, как атака: – Зачем вы прибыли? На нашу землю?
– Для раскопок, – ответил Гриша четко и твердо, как советовал Намар. «Без лести, без оправданий».
