Гриша уже поворачивался к выходу, спиной чувствуя ее тяжелый, анализирующий взгляд. Кайра не двигалась, глядя в темное нутро шкатулки. Ее пальцы все еще лежали на рукояти меча.
«Интересно», — думала она, и мысль эта была холодна и остра, как лезвие. «На кого он там так кричал?» Она слышала каждое его слово. От первого нервного вопроса до яростного "гандон". И этот странный, односторонний разговор с пустотой ее тревожил куда больше, чем любой проклятый артефакт.
Ужин был скромным, почти траурным. Кайра свалила чуть ли не с первой ложки супа, сославшись на неотложные государственные дела. И Гриша не мог ее винить. Управлять королевством – пусть и карликовым – это вам не шапки воровать на вокзале. Тут нужна изворотливость крысы и выдержка удава.
Двое слуг, немых как гробовые плиты, проводили его в покои. Умылся ледяной водой из таза – очень освежает.
Потянулся к кровати, тело звало в объятия беспамятства. Но тишину пустого коридора за дверью вдруг прорезали приглушенные голоса. Слышимость – хуже некуда. Но любопытство, это вечное шило, кольнуло сильнее усталости.
Гриша прильнул ухом к дубовой щели. Говорили двое.
— ...Слышал, войска Маркграфа уже перешли границу?
— Да... это плохо.
— Плохо? Это катастрофа! Наши территории тают быстрее весеннего снега, а наша Королева? Возится с этой... иноземной обезьяной.
Обида – острая, глупая – кольнула Гришу под ложечкой. Мигом испарилась, оставив после себя ледяную тревогу.
«Значит, началось. Пиздец. Если Намар сейчас начнет козлить или затягивать... его голова очень быстро станет трофеем на пике какого-нибудь маркграфского ублюдка».
Раньше он мог отнекиваться, тянуть время под предлогом "стратегических размышлений". Теперь? Теперь Кайра будет требовать действий. Немедленных и жестких. Без права на слабость.
— Эх, ну не могли еще пару деньков подождать? — прошипел он себе в кулак.
За дверью тем временем говорили дальше: — Бароны ропщут. Говорят, половина уже ставки делают на то, кто ее свергнет.
— Тупые идиоты. Каждый мнит себя на троне. Но Маркграф-то своего не упустит!
— Согласен, если думают, что он станет делиться властью.
— Думаю, и нам пора...
— Определенно. А пари будет наше...
Голоса затихли, шаги растворились в коридорной мгле.
Последняя фраза, вроде бы обычная в ворохе политических сплетен, вставила Грише ледяную иглу между лопаток. Он отлип от двери, спиной ощущая холод дерева. Мозг, скрипя шестеренками, выдал два кристально ясных вывода:
Первое: В сердце столицы – да, черт побери, вероятно, во всей этой проклятой стране – зреет заговор. Готовый взорваться через... проверил внутренние часы… очень сука скоро.
Второе: Он окончательно, бесповоротно, до тошноты задолбался разгребать чужое дерьмо. У него своего – выше крыши. Но кто блин его, когда спрашивал.
Глава: 15
«Что делать?» Вопрос висел в ледяном воздухе пустого коридора, звенел в висках.
«Вариант первый: бежать к Кайре. Но вот вопрос, как?» Замок был для него – чертовым лабиринтом. А пути в ее покои тонули в дыму воспоминаний о совсем других "маршрутах".
«Второй вариант: сидеть на жопе ровно и ждать возможной виселицы. Не вариант».
Решение созрело мгновенно, на отчаянии и азарте: «Авось, встречу гвардейца... или хоть кого-то живого и лояльного».
Он рванул дверь настежь и вылетел в коридор, его разгоряченное тело инстинктивно рвалось бежать. Но не успел он и трех шагов за поворот сделать – как путь преградили двое. В темных, негвардейские доспехах.
— Стой! Кто такой? – рыкнул ближний, его рука уже лежала на рукояти меча.
— Григорий! Гость королевы! – выпалил Гриша, пытаясь выдать голосом хоть каплю уверенности.
— Гость?.. – второй, повыше, скептически оглядел его с ног до головы. — Да? А документы, где твои, "гость"? — Спросил он и шагнул вперед, сокращая дистанцию до удара.
«Дело – дрянь. Точняк не свои». Мысли неслись потоком со скоростью пули. «Сопротивляться против двоих в доспехах? Самоубийство».
«Заговорить? Нет в этих глазах нет чего-то кроме желания моей смети».
Ему оставался один шанс – побег.
— Ну, я наверное... пойду... – буркнул Гриша, делая вид, что отступает. И – рванул! В просвет между ними, ловя миг их замешательства. Сердце колотилось о ребра, но ноги неслись вперед.
— СТОЙ! ЛОВИТЕ ЕГО! – раздался рев позади, но Гриша его толком и не слышал.
Из-за следующего поворота, как по заказу, вырос третий. Тесак в руке блеснул тускло в свете факелов.
Вж-ж-жух! – свистящий удар по дуге.
«Вот черт!» Гриша присел в полусогнутом прыжке, почувствовав ветер от лезвия над головой. Инерция понесла его вперед.
Кувырок через плечо – и он оказался за спиной громилы. Миг торжества сменился ледяным ужасом: удар был не для поимки. Били явно с целью убить.
«Значит, приказ – "убрать".
Коридоры сплетались в бесконечный, душный кошмар. «Тронный зал! – мелькнула надежда. Там гвардия! Должна быть по крайней мере!» Он влетел в широкий проход, отчаянно тормозя, шаркнув подошвами по камню, рука вцепилась в выступ стены, чтобы не проскочить...
И замер…
