– Рад, что мы все сегодня собрались», – начал маг, его голос звучал слишком громко на фоне мертвого поля. – Меня зовут Лен. Думаю о Маркграфе, вы все в курсе. И сэр Кейн…
– Я – Брус, – отозвался тот, его бас был спокоен, как поверхность глубокого озера.
– Что вы хотели обсудить? – прохрипела Кайра. Каждое слово давалось ей с трудом.
– Ее капитуляцию и ваш уход, – брякнул Маркграф, в сторону Бруса и лениво махнув рукой. – Но это потом. Для начала… Объясните мне, что, нахрен, произошло?
– Если я скажу тебе правду, ты мне все равно, не поверишь, – Кайра попыталась усмехнуться, но это вышло жутким гримасой.
– А ты попробуй. – Возразил он.
– Убийца, которого, скорее всего, ты мне подослал…
– Воу, воу! – Маркграф выставил вперед жирные ладони с перстнями. – Бунт поднять – это я. Напасть из-под тишка – тоже я. Но убийцу я не засылал. – Он наклонился вперед, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на искреннее любопытство. – Подумай сама, Кайрочка… Я вообще-то на тебе жениться хотел!
Лицо Кайры исказилось от отвращения. – Я тебе отказала…
– Сердцу не прикажешь, – Маркграф фальшиво вздохнул. – Да и земли твои так заманчиво лежат на карте… Так и хочется потрогать. А еще лучше – забрать. – Он откинулся назад. – Но что-то мы ушли от темы. Убийца? Что дальше?
– Он остановил время… и похитил нашего лидера, – спокойно сказал Брус.
Лен аж подпрыгнул на месте, его глаза загорелись ярче. Маркграф тут же фыркнул осадив его. Сэр Кейн лишь слегка повернул голову – шлем издал тихий шипящий звук. Местные смотрели на Бруса как на идиота – сливать такую информацию мог только дурак… но Брусу было плевать, сроки поджимали.
– Так что, Маркграф, у вас только два пути, – продолжил Брус, игнорируя их взгляды. – Вы подписываете мир и уходите во своясие.
– Или? – он вопросительно посмотрел верзилу с интригой в глазах.
– Или мы вас уничтожаем и отправимся по своим делам, – закончил Брус.
– А сможете? – сэр Кейн двинулся с места неожиданно быстро для своих размеров. Его клинок, похожий на гигантский стилет из того же металла, что и доспехи, мгновенно оказался в руке. Мадрок поступил аналогично, клинок уже блестел на свете солнца. На поле повисла неловкая тишина.
Разорвать ее решил виновник сего фарса. – Кстати, как там ваш верзила поживает? – Маркграф вдруг ухмыльнулся.
– Тот, что с кувалдой? – Переспросил Брус… и после утвердительного кивка продолжил…– Нормально. Матери твоей привет передавал, – парировал Брус с легкой улыбкой на лице.
– Ха-ха! – Маркграф рассмеялся, его голос был полон веселья. Переговоры стремительно превращались в фарс.
– Ладно, Кайрочка… Учитывая твое… состояние… и то, что ты нашла таких… энергичных друзей… – он кивнул в сторону Бруса, – …я смягчу условия. Ты отдаешь мне Северные марки. Там все равно твоей власти – нет, но я выплачу компенсацию. И ты… в…» – он запнулся, подбирая слова.
– Нет! – прервала его криком Кайра.
– …Входишь в мою коалицию! – выпалил Маркграф.
– Против кого? – хрипло спросил Мадрок, его голос прозвучал как скрежет камня.
– Против аналогичной Коалиции Ванди. Что севернее или ты забыла недавнюю войну в моем приграничье. – Маркграф развел руками, изображая масштаб угрозы.
Начался спор. Голоса Лена, перебивавшегося на визг, хриплый шепот Кайры, бас Мадрока, язвительные реплики Маркграфа.
Брус окинул всех бессвязным взглядом и ушел в себя. Местные расклады – вассалы, марки, коалиции – были для него белым шумом. Он достал сигарету, чиркнул зажигалкой и лениво затянулся, выпуская струйку дыма в тяжелый воздух.
Его глаза, холодные и аналитические, скользили по лицам: по изможденной Кайре, по непроницаемому шлему сэра Кейна, по жадным до знаний глазам мага Лена, по жирной физиономии Маркграфа.
Горлопанить просто так он считал ниже своего достоинства.
«Пусть болтают. Я подожду, пока они наорутся, позже можно будет включиться в конструктивную беседу, может даже из гранатомета пальнуть для пущего эффекта».
Глава: 22
– Ну и что ты выберешь? Я жду. – Ее голос прозвучал сквозь стекло, тонкий и ледяной.
Она стояла за окном, бледная как лунный свет на могильной плите. Смотрела на него так, как кролик смотрит на удава – с парализующим ужасом, смешанным с диким, иррациональным желанием броситься.
Просто чтобы все кончилось.
И Грише, даже если бы он вдруг поверил хоть одному ее слову (а верить было ну просто невозможно), было бы не просто сложно – физически невозможно – заставить себя выйти к ней.
Причины не доверять девушке накатывали лавиной:
Она психопатка. «По манере речи точно – то визг, то шепот, то ледяная тишина. По мертвенной внешности и этим адским фиолетовым прожекторам вместо глаз. По самой специфике разговора». – На счет диагноза, Гриша смещался к смеси мании величия и отчаяния.
Второе: Она скорее всего наркоманка. «Это устройство в ее руке, что даже через стекло отдавало озоном… явно не заправлено алтайскими травами?» подумал Гриша, подозревая наличия там синтетического ада, выжигающего даже самый крепкий мозг.
