Дверь, прогрызенная плазмой, с грохотом рухнула внутрь. В проеме, окутанная дымом и искрами, стояла его преследовательница. Ее фигура была сгорблена, как у разъяренного зверя, дыхание хриплое, прерывистое.
Фиолетовые глаза пылали чистой, неразбавленной ненавистью. Плазменный меч в ее руке шипел, как живой, окрашивая ее бледное, искаженное яростью лицо в адские багровые тона.
Она сделала шаг вперед, готовясь к прыжку… и застыла.
Ее взгляд, скользнув мимо Гриши, намертво прилип к фигуре на коленях у колбы. Ярость в ее глазах сменилась немым, абсолютным шоком. Рот девушки слегка приоткрылся в немом вопросе, который она все же задала.
– Кронос?! – ее голос был хриплым шепотом, полным неверия.
Мужчина на коленях медленно поднял голову. Его мутный взгляд сфокусировался. Осознание ударило в него, как молния и его губы дрогнули.
– Гая?.. – он прошепелявил, голос слабый, как у ребенка.
Они уставились друг на друга – оживший призрак прошлого и его безумная палач. Время будто остановилось и ни один не решался делать шаг вперед.
А Гриша, прижавшись к стене в дальнем углу, держал обоих в перекрестье прицелов «Дуры». Его палец лежал на спусковом крючке. Момент истины уже случился, но его итоги были еще не совсем понятны.
Серый силуэт из колбы – Кронос – сделал шаг вперед, его походка была шаткой, как у новорожденного оленя на льду. Он слегка приподнял подбородок, обнажив острые, как лезвие, скулы и глаза – бездонно-черные, лишенные всякого отблеска, как два куска вулканического стекла. Казалось, они поглощали тусклый свет комнаты.
– Д-де-ерь-мо-во… вы-гля-дишь… Га-я… – он растягивал слова, будто язык был свинцовым. То ли последствия долгого анабиоза, то ли нарочитая медлительность, чтобы выиграть секунды, оценить противника, и дать себе минуты отдыха.
Гая замерла. Ее фиолетовые зрачки сузились до булавочных головок.
– Кронос… – ее голос был хриплым шепотом, полным токсичного изумления. Потом он сорвался на истерический, шакала подобный смех: – Хе-хе-хе! Ты… ты не поверишь, как долго я ждала этого момента! Чертов прихвостень Икса! Дерьмо на палке!
Кронос медленно поднес единственную руку ко лбу в театральном жесте усталости. – За эти… десятилетия… я гляжу ты конкретно… пронюхала… свои мозги…» – каждое слово падало, как камень. Его черные глаза скользнули по ее изможденной фигуре, безумным глазам, грязной одежде. – По-смо-три на себя… На тебя ведь… без слез не взглянешь…
Гая лишь оскалилась в ухмылке, обнажив мелкие, острые зубы. – Не переживай, старик. Сейчас грохну тебя… потом этого выблядка…» – она кивнула в сторону Гриши, – «…и сразу в ближайший салон красоты! Ну? По-е-ха-ли?
– Если ты… так хочешь… – Кронос внезапно выпрямился. Казалось, в его жилы влили сталь. Мгновение – и его плазменный меч, взявшийся буквально из ниоткуда заурчал, разворачиваясь в руке.
Лезвие вспыхнуло не ярким, а больше тусклым, больным багрово-красным светом, словно оно было сделано из нагретого докрасна, но уже остывающего металла.
Наличие только одной руки не мешало нисколько. Движения были экономными, точными, выверенными годами боев. Он слегка расставил ноги, перенеся вес, и занял оборонительную стойку. Лезвие описывало перед ним невидимую, смертоносную дугу. Он знал своего врага, и уже открыл капкан, готовый захлопнуться.
– Тебе конец! – прошипела Гая. Но вместо атаки она сделала неожиданное. Ее свободная рука рванулась к поясу, схватила тот самый «дешевый китайский фен» – устройство, похожее на нелепый пистолет с несколькими светящимися точками.
Щелчок-шипение!
Она выдернула из него тлеющую синим энергоячейку и швырнула ее на пол, где та зашипела и погасла в луже.
«Икс!» – мысленно крикнул Гриша, чувствуя, как знакомое давление вернулось в его череп.
«Она…! Она готова на все!» – прозвучало в ответ, не дожидаясь сути вопроса.
И Гая ломанулась в атаку, не в прыжке фехтовальщика, а диким, звериным броском. Ее плазменный клинок, взвыл, вспыхнув ослепительно-фиолетовым светом, и прочертил в воздухе смертоносную дугу, направленную на голову Кроноса.
Она не пыталась фехтовать – она рубила, как топором, вкладывая в удар всю ярость десятилетий ненависти и безумия.
КЛЯНГ-Ш-ШШШ!
Красный клинок Кроноса встретил фиолетовый в вихре искр и шипящего пламени. Удар был чудовищной силы. Кронос подался назад, его единственная рука дрогнула под натиском, но стойка выдержала.
Багровый и фиолетовый светы смешались, заливая комнату адским сиянием, отбрасывая на стены гигантские, пляшущие тени двух яростных призраков прошлого.
Гриша, прижавшийся в углу, чувствовал жар схватки на своей коже. Его палец дрожал на спуске «Дуры», выбирая миг, для выстрела, который возможно закончит этот фарс длинной в очень много лет раз и навсегда.
Глава 23:
Нажать на спуск Гриша так и не смог. Не потому, что боялся, а потому что физически не видел – куда.
Бой перед ним был непостижимым хаосом. Два силуэта мелькали с сверхчеловеческой скоростью, сливаясь в размытые пятна. В глазах рябило, ему казалось, он смотрит запись боя джедаев на трехкратной скорости в IMAX, только без попкорна в руках.
