Поллианна полностью

– Да, я возражаю, Поллианна, очень сильно возражаю. Ради тебя я готова на всё… или почти на всё, но, моя дорогая… Понимаешь, у меня есть свои причины не приглашать доктора Чилтона. Тем более что он – поверь мне – знает о таких травмах, как у тебя, гораздо меньше того знаменитого доктора, который должен приехать к нам из Нью-Йорка завтра утром.

– Но, тётя Полли, – не сдавалась Поллианна, – если бы ты любила доктора Чилтона…

– Что? Что ты сказала, Поллианна? – буквально вскрикнула мисс Полли. Теперь её щёки пылали, словно железнодорожные семафоры.

– Я сказала, что если бы ты любила доктора Чилтона, а не того, другого доктора, то, наверное, так не говорила бы, – вздохнула Поллианна. – А вот я люблю доктора Чилтона.

В этот момент в комнату вошла сиделка, и тётя Полли с явным облегчением поспешила подняться на ноги.

– Прости, Поллианна, – решительно сказала она, – но на этот раз предоставь, пожалуйста, мне решать, что делать. Кроме того, всё уже оговорено. Новый доктор, как я уже сказала, приезжает из Нью-Йорка завтра утром.

Но так уж получилось, что доктор из Нью-Йорка назавтра не приехал, ни с утра, ни вечером. Пришла лишь телеграмма, в которой он сообщал о том, что сам неожиданно заболел. Узнав об этом, Поллианна снова принялась уговаривать тётю пригласить вместо него доктора Чилтона – ведь сделать это намного легче, чем со специалистами столичными договариваться, правда же?

Но, как и прежде, тётя Полли отрицательно покачала головой и ответила: «Нет, дорогая». Сказала она это вроде бы так же решительно и строго, как раньше, однако добавила, что сделает ради Поллианны «всё, что угодно, только кроме этого». И это тоже было мало похоже на прежнюю тётю Полли.

День шёл за днём, и, казалось, тётя Полли действительно делает всё, чтобы порадовать племянницу и скрасить затянувшееся ожидание. Всё, «кроме этого».

– Не видела бы этого своими глазами – в жизни бы не поверила! – взахлёб рассказывала как-то утром Нэнси Старому Тому. – Мисс Полли теперь целыми днями так и вьётся, так и скачет вокруг нашего ягнёночка, пылинки с неё сдувает. Нет, вы представляете, мистер Том, она даже котёнка к ней в спальню пускает! А ведь ещё неделю назад и Флаффи, и Баффи вообще наверх подниматься было строго-настрого заказано. Ни-ни, мол! И вдруг – пожалуйте, кувыркайся, Флаффи, прямо на постели, раз уж девочке на тебя смотреть нравится. Ну а если наша хозяйка не котёнка впустит, тогда сама ходит, стеклянные эти штучки на окне поправляет, из которых разноцветные лучи вылетают. Как это говорит наша козочка бедненькая? «Радуги танцуют». Придумает же! А ещё мисс Полли три раза посылала Тимоти в оранжерею Кобба за свежими цветами. И это помимо своих букетов, из нашего сада. Да, ещё тут такое было, такое было! Заглядываю на днях в спальню нашей девочки, а там возле её кровати мисс Полли сидит, а рядом с ней стоит эта, как её… ну, сиделка, короче. Так вот, только представьте, мистер Том, эта сиделка укладывает мисс Полли волосы, а мисс Поллианна наблюдает за ними, и указывает, как и что делать нужно. И эту причёску мисс Полли носит теперь каждый божий день, только бы нашей ласточке угодить, вот ей-ей, на месте мне провалиться, если не так!

– Ну, новую причёску у хозяйки я тоже заметил, не слепой, – хмыкнул Старый Том. – И надо сказать, с этими завитушками на лбу хуже она выглядеть не стала.

– Хуже? Конечно, не стала, – горячо поддержала его Нэнси. – Больше скажу, она теперь на человека, наконец, похожа… И даже симпатичная, пожалуй…

– Легче на поворотах, Нэнси! – с лукавой усмешкой перебил её старик. – А то напомню, что ты мне ответила, когда я тебе сказал, что мисс Полли в молодости настоящей красавицей была!

– Нет, красавицей её, конечно, не назовёшь, – пожала плечами Нэнси, – но выглядит она теперь гораздо лучше, это точно. Особенно когда стала носить ленты да кружевные воротнички по совету мисс Поллианны.

– А я тебе говорил, если помнишь, что хозяйка наша вовсе ещё не старая, – кивнул Старый Том.

– Ну… – рассмеялась Нэнси. – Просто теперь мисс Полли лучше притворяется, что она не старуха, чем до приезда мисс Поллианны, вот тут я согласна, – и спросила вкрадчиво: – Скажите, мистер Том, а кто на самом деле был её возлюбленным? Я ведь этого до сих пор не знаю.

– Не знаешь? – с каким-то странным выражением лица переспросил старик. – Ну, так от меня ты этого тоже не узнаешь, сорока-балаболка.

– Ну, мистер Том, ну миленький, – заныла девушка. – Вы же знаете, мне, кроме как вас, и спросить-то тут почти не у кого.

– Э, нет, от меня ты этого точно не узнаешь, – усмехнулся Старый Том, но улыбка тут же слетела с его лица, и он уже очень серьёзно и печально спросил: – А как там дела у неё, у светлой звёздочки нашей?

Нэнси покачала головой и тоже пригорюнилась.