Пока инвалид не начал интересоваться, для чего ей нужен сторож, Лариса поблагодарила, прервала разговор и быстро попрощалась. Не надо проявлять к нему лишний интерес. Но вот то, что сторож болен, Ларису взволновало. Успокоило разве то, что Игоря видели с утра люди. И не тревожатся, потому что мало ли какой недуг уложил в постель вчерашнего фронтовика. Тут страшнее вещи происходят. Отец одного из учеников, безногий танкист, который только теперь, когда Подолье освободили, вернулся из госпиталя в родной Сатанов и почти каждую ночь ведет танк на фрицев лоб в лоб, потом приказывает экипажу десантироваться с брони. И единственный способ прекратить эти ночные кошмары — позволять безногому напиваться до чертиков.
Есть кого жалеть. На этом фоне Игорь еще тьфу-тьфу-тьфу. Лариса сама успела в этом убедиться, совсем недавно.
Стараясь и не привлекать к себе лишнего внимания, и по возможности держаться в стороне от центральных поселковых улиц, она, сделав немалый крюк, пробралась на окраину, к дому Игоря. Не встретив на своем пути никого, чье подозрение могла бы вызвать невольно. Возле калитки снова настороженно огляделась, решительно толкнула ее, вошла. Пересекши двор, шагнула на крыльцо.
И вздрогнула.
Потому что Вовк открыл двери, не дождавшись, пока она постучит. Ступив шаг к Ларисе, молча и крепко обнял. Но женщине показалось: муж не только заскучал и рад видеть. Что-то в глазах и движениях подсказало: Игорь боится. Не хочет, чтобы она проходила внутрь. Стоять же на крыльце, пусть чужие вокруг и не ходят, не менее опасно. Так что Лариса попробовала, легонько толкнув Вовка в грудь, войти вместе с ним в хату. Однако сильные уверенные руки сжали ее плечи, останавливая.
— Зачем ты здесь?
А вот такого Лариса от Игоря действительно не ожидала. Еще не понимая окончательно, как надо себя вести, взглянула ему в лицо, потом легонько поцеловала, только после этого произнесла:
— Здравствуй, дорогой.
— Лариса, почему ты пришла?
Вовк и дальше сжимал ее плечи, потихоньку оттесняя от входных дверей.
— Я пришла к тебе. Услышала, ты болеешь. Ты болен?
— От кого услышала? Меня ищут? Ты искала меня? Сомов знает?
Вопросы вылетали, будто пули из пулемета. Вместе они даже сложили невидимое ожерелье. Лариса острее, чем еще несколько минут до того, почувствовала: Игоря что-то тревожит. В прошлый раз, несмотря на четкое осознание своего нелегального положения, Вовк таким уж взволнованным и напряженным не выглядел. Освободившись, проговорила, не сводя с него глаз:
— А ты знаешь?
— О чем?
— Сомов. Его уже нет.
Ей показалось или Игорь и правда не до конца воспринял и оценил услышанное?
— Как нет? Куда девался? Уехал? Или… Лара, ты ушла от него? Бросила Сомова?
— Все проще, Игорь. Проще… но и сложнее тоже. Капитан Виктор Сомов погиб. Его убили этой ночью.
До Вовка начало доходить.
— Убили? Кто?
— Будешь смеяться, но подозревают оборотня.
— Кого?
— Оборотня. Хищника. Большого зверя из здешнего леса. Мы же говорили с тобой об этом, я рассказывала еще страшилки от Стефановны…
— Стоп! — Игорь остановил ее резким жестом. — Ты хочешь сказать, твоего Сомова загрыз ночью хищный зверь, которого все вокруг так боятся, что не поминают всуе?
— Да не знаю я, кто его загрыз! — вырвалось у Ларисы, и она уже сама отступила от Игоря. — Какое мне дело! Его нет, понимаешь? Нет! Тебе никто не угрожает напрямую! Кто-то сделал за тебя твою работу!
— Мою работу?
— Ты же собирался убить Сомова? Разве не мы с тобой все это обсуждали здесь, в этом доме? А может… — Лариса сразу понизила голос, говорила заговорщицки: — Слушай, Вовк, это же гениально! Как я раньше не додумалась.
— До чего?
— Спокойно, — сказала она не так ему, как себе. — Я бежала сюда, потому что услышала: ты болен. Ты болен?
— Нет, — выдавил из себя Игорь.
— Итак, отлеживаешься дома. Пересидеть нужно, понимаю. Раньше я подробно рассказала тебе историю проклятия здешних мест. Игорь, слишком быстро все произошло, очень скоро. Я же знаю, жена капитана НКВД… была… то есть жила с ним под одной крышей. Сомов тоже интересовался этими нападениями, загрызенными людьми. Не так, конечно, как шпионами, предателями и врагами народа. Но эти случаи его не оставляли равнодушным. Потому я в курсе, сколько жертв лесного хищника было вокруг. Но между случаями всегда выдерживался временной интервал, пусть небольшой. Игорь, я учитель математики. Умею складывать два и два! Ты решил воспользоваться случаем.
— Каким случаем?
— Спрятать убийство Сомова среди других похожих! Вот черт, я должна была догадаться раньше!
Игорь смерил возбужденную собственной догадкой Ларису странным взглядом, от которого у нее сразу пропало желание продолжать. Запнувшись, глотнула невидимый комок, коснулась при этом груди, спросила осторожно:
— Что? Почему ты так смотришь?
