Лаис тоже решила заехать в Арарас. Сегодня во что бы то ни стало, Буби должен был навестить парализованную бабушку, живущую в деревне, и привезти ей денег на месяц жизни. Но забастовали водители автобусов. В смятении Буби позвонил Лаис, и она, добрая душа, предложила отвезти его, тем более что по дороге она могла заехать в поместье и проверить, как там идут дела. Конрадо был на рыбалке.
Но, въехав во двор поместья, Лаис увидела машину Аугусто. Она поняла, что сын нашёл здесь укрытие для свиданий с любимой девушкой. Чтобы не смущать Аугусто, она развернулась и уехала из поместья.
Ещё одна парочка тоже неплохо проводила воскресный день. Поев креветок и запив их двумя бутылками шампанского, они уселись перед телевизором смотреть рекламные видеоклипы. Рутинья очень толково объясняла своему молодому подопечному достоинства и недостатки той или иной рекламы.
Это была хорошая школа для Родриго.
Потом Рутинья дала Родриго несколько контрольных заданий на составление рекламы разных услуг и товаров и ушла готовить ужин. За ужином они пили отличную мексиканскую текилу, и Родриго здорово опьянел. Но если Рутинья была стойким бойцом алкогольного фронта, то Родриго, столь же, стоек оказался на любовном фронте, и Рутинья мысленно похвалила себя за удачный выбор возлюбленного.
Как ни странно, но самым деловым было в этот день поколение юных.
Патрисия принесла Уго семьдесят тысяч крузейро на мотоцикл. Молодой хулиган со спадающими на лоб волосами огорчил её, сказав, что этих денег недостаточно для покупки классного мотоцикла. А именно классный мотоцикл за сто двадцать косых присмотрел для них Вашингтон.
Патрисия тут же предложила продать часы, которые подарил ей отец: золотые, с разными прибабахами. Уго, не ломаясь, принял жертву своей возлюбленной, пообещав ей, что она будет для него всегда пассажиром номер один.
По этому поводу в бар были приглашены Ким, Вашингтон и слоняющаяся по улице в ожидании Родриго Флавия.
Лоуренсо в бар пойти отказался. Он надеялся, что вечером к Аугусто придёт Изабела, и поэтому остался сидеть со своим мольбертом напротив дома Аугусто. Он не ошибся.
Изабела приехала ещё до сумерек. Лоуренсо окликнул её, когда она открывала дверь подъезда Аугусто.
– Как дела, Изабела?
– А, это ты. – Лицо Изабелы осунулось, голос звучал тускло. – Дела? Ничего дела. А у тебя?
– У меня тоже ничего. А Аугусто уехал.
– Я знаю, поэтому у меня ключ. Я хочу привести его квартиру в порядок.
– Помочь?
– Нет, спасибо.
– Может, пойдём в бар Калисто? Твоя сестра там.
– Да? Спасибо за приглашение, но что-то не хочется.
– Ты чем-то расстроена? Я могу помочь?
– Никто не может помочь… – Изабела спохватилась, улыбнулась вымученной улыбкой. – Я имею в виду, что когда плохое настроение, нужно справляться самой. Это всё полнолуние виновато.
– Наверное.
– Чао!
– Чао, – Лоуренсо собрал мольберт и поплёлся домой.
Но дома отец выяснял отношения с Женуиной.
«Это какой-то повальный психоз, – подумал Лоуренсо. – Все влюблены, все выясняют отношения. Только я да Флавия болтаемся неприкаянные. Хорош Родриго, ушёл утром и исчез. Нужно пригласить Флавию в кино. Ей, наверное, скучно с подростками».
– Послушай, Тулио, – услыхал Лоуренсо, – после того, как ты сказал, что испытываешь ко мне не только дружеские чувства, мне будет трудно с тобой встречаться.
Лоуренсо замер в ожидании ответа отца.
Наконец раздался глухой голос Тулио.
– Я не мог больше молчать, Жену. Зачем обманывать себя и притворяться перед тобой? Конечно, я бы молчал и дальше, но ты сама завела этот разговор…
– Я жалею об этом. Теперь мне будет трудно с тобой. Поставим точки над «и». Мы, больше не имеем права называться друзьями.
– Но это же… Это же просто глупо, Жену!
«Бедный папа! – подумал Лоуренсо. – Бедный Аугусто, полюбивший Мерседес! Бедная Патрисия, связавшаяся с хулиганом Уго! Бедная Флавия со своей верой в то, что Родриго занят работой! Бедная Изабела! А почему Изабела бедная? – спросил Лоуренсо себя. – Не знаю почему, но чувствую, что бедная…»
Лоуренсо унаследовал от отца дар интуиции и предчувствия.
Гордая собой Женуина пришла домой. Но очень скоро скисла. Дом был пуст и тих. Мерседес и Родриго были заняты своей жизнью, и им не было никакого дела до матери. Диего… может, всё это безумие – ждать Диего, и Зели права – пора забыть! По телевизору показывали бесконечный сериал про Марию, да смотреть телевизор было накладно: много электричества на него уходит.
Женуина подошла к окну. Огромная луна освещала улицу. Какая-то тёмная фигура одиноко стояла неподалёку. Женуина узнала Тулио.
«Дура я, что же я наделала! Ведь никому, кроме этого человека, нет до меня дела. А я, как девчонка, развела мерихлюндии».
– Тулио! – позвала она. – Тулио, это ты? Зачем ты стоишь один? Я сейчас выйду.
Тулио стоял, подняв голову, и смотрел на луну.
Женуина робко дотронулась до его плеча.
– Я просила тебя забыть про нашу дружбу, так вот, это был…
– …дурацкий порыв, – быстро сказал Тулио.
– А я и не сомневалась, ты же у нас всезнайка! Вот стоишь, смотришь на небо, разговариваешь с луной, с планетами. Ну как там, наверху?
