Дона Китерия просто остолбенела, услышав такой ответ. Кики попросила девушку повторить то, что та сказала, – может, она ослышалась. Мерседес сказала, что идёт на приём к Соуто Майя, там будут вручать награду её брату. В голове доны Китерии сразу созрел новый план.
– Послушай, Мерседес, – вкрадчиво заговорила она. – Такие приёмы хороши только для стариков, они такие нудные. В твоём возрасте ходить на эти сборища старых попугаев? Не лучше ли тебе провести вечер в дискотеке, со своим кавалером. Всё будет оплачено.
– Я не совсем понимаю, – растерялась Мерседес.
– Ну, мне нужно пойти на этот приём. По делу. А я никак не могу найти своё приглашение. Куда-то засунула, а теперь не могу вспомнить.
– Вы хотите, чтобы я поменяла билет на приём на вечер в дискотеке? – в упор, глядя на дону Китерию, уточнила Мерседес.
– Поменяла или купила. Сколько ты хочешь за билет? – Кики сердилась на непонятливость этой девочки.
– Мне не нужно его продавать, у меня есть лишний, – сказала Мерседес вконец ошеломлённой Китерии. – Только мне нужно свободное время, чтобы кое-что купить. И, если вы можете, дайте мне, пожалуйста, денег.
Вне себя от радости, дона Китерия вручила чек на предъявителя и отпустила Мерседес.
Тулио так и не смог ничего сказать доне Женуине – не решился омрачить её радость. Он сидел на кухне у доны Женуины – она попросила его прочитать речь, которую собиралась произнести.
Тулио боялся читать эту речь, сказал, что не может разобрать почерк, особенно в конце.
– А я тебе прочитаю сама, – охотно откликнулась Женуина. – Слушай! Я научила своих детей тому, чему научил меня мой отец. Человек он был простой и скромный. Он говорил, что лучше заслужить награду и не получить её, нежели получить, не заслужив. Но лучше получить заслуженную награду, как мой сын Родриго. Он получил её благодаря своему уму. Как мать, я горжусь им.
В доме доктора Конрадо собирались на приём. Сначала вниз спустилась дона Венансия. Конрадо залюбовался матерью, ещё моложавой, стройной – это при её-то возрасте! – и немыслимо элегантной. А Лаис была просто ослепительна.
– На этом приёме мои дамы будут самыми красивыми, – с нежностью глядя на жену и мать, сказал Конрадо.
– Хватит говорить друг другу комплименты, – Патрисия от нетерпения и досады даже ногой топнула. – И так опаздываем.
Родители разрешили в виде исключения – Патрисия ещё отбывала наказание – поехать ей на приём. И теперь ей не терпелось поскорее оказаться на свободе – у Патрисии были свои планы на этот вечер. Она постарается потихоньку улизнуть – на этих приёмах всегда такая суета, её отсутствия никто и не заметит – и встретиться с Уго.
Родриго первым отправился на приём. Доне Женуине очень хотелось поехать с сыном. Но её платье, которое спешно переделывала Зели, ещё не было готово. И Родриго торопился, не мог ждать. Его просили быть пораньше – ведь он один из виновников торжества.
Мерседес заявила, что тоже не может ждать мать: ей по дороге нужно заехать на работу, в магазин.
Дона Женуина вздохнула – она так хотела прийти на этот приём вместе с детьми, взяв их под руки, чтобы все видели, какая у неё прекрасная семья. Спросив у Мерседес, где лежит приглашение, Женуина отправилась к Зели – наверное, платье уже готово.
Вернувшись домой, Женуина присела в кресло. У неё ещё было время, и она решила дать немного отдохнуть ногам – ведь ей придётся целый вечер провести стоя. Мысли её унеслись в далёкое прошлое, к Диего - как она тогда была счастлива! Жаль, что он не сможет сегодня разделить ее радость – Диего гордился бы их сыном. И свою замечательную речь ей не удастся произнести на приёме. Тулио так и сказал – речь замечательная. Но сейчас не принято произносить речи – время другое, на таких вечерах всё расписано по минутам, не допускается никакой самодеятельности. Женуина не совсем понимала, как это можно расписать по минутам радость, а ведь праздник – всегда радость. Тулио сказал, что она может произнести свою речь завтра, когда соседи соберутся поздравить Родриго. Что ж, он неплохо это придумал.
На улице дождь лил как из ведра. Она долго искала свой старый зонтик и совсем забыла о пригласительном билете. Пришлось вернуться. Но билет как в воду канул. Она перерыла весь дом, трудилась до тех пор, пока не поняла, что уже безнадёжно опаздывает. Женуина решила отправиться так, без билета. Скажет, что она – мать Родриго Миранды, и её пропустят. Не надо ей никакого билета.
Она взяла такси – конечно, Женуине, как всегда, жаль было тратить деньги на себя, но ведь, как говорят, время дороже. У неё как раз такой случай.
