На том и порешили. Пока размороженное озеро бурлило, источая пар, корабль медленно опускался по спирали. Зверем никто не управлял. Ним вежливо попросили «отойти в сторонку от пульта».
Гэбриэл с Рокеном кружили поблизости на шаттле, наблюдая как садится Зверь, трансформировавшись в парусник… От бортов заструилось индиговое свечение, постепенно обретая форму смерча, соединяющего днище с озером. Зверь опустился и застыл, слегка покачиваясь, пока свет не рассеялся. А потом на радостях принялся нарезать круги по озеру.
– Хватит уже! – недовольно пресёк его экстаз Гэбриэл. – Залетим по дороге на планету-океан, там и наплаваешься.
– Сам посулился, – хитро подметил Зверь. – Никто за язык не тянул.
– Доставай уже, – вздохнул разбойник и с сомнением добавил. – А что если это не корабль, а, к примеру, батискаф?
– Показания точны. Это корабль, – ответил инженер. – И бесспорно джамранский.
– С генетическими кодами джамрану, – подтвердил Гилех.
– Ладно, – Зверь затормозил, картинно выпучив глаза в сотах, и направил на дно луч, создавая тягу.
– Эта штука, типа корабль, основательно примёрзла, – посетовал он спустя полчаса, когда учёные уже измаялись от ожидания.
А ещё через пять минут не вытерпел и вскипятил озеро у самого дна, без разрешения.
– Ну, всё, – констатировал Рокен, как только индиговый туман заполонил обзорный экран. – Если в этом озере и могла зародиться жизнь, то мы уничтожили её в самом зачатке.
– Варёные микроорганизмы, – захихикала Нимрадилль.
– И брок с ними, – ответил за учёных Гэбриэл, пока те потрясённо безмолвствовали.
Махина на дне поддалась и тронулась. Зверь неспешно поднял её и затянул в отсек для обработки.
– Зато почти оттаяла, – самодовольно высказался он и мигом испарился из сот, чтобы не вступать в переговоры.
Остальные переглянулись и ринулись в транспортный, включая Ним. В рубке остался лишь Даген. Вернее, старлетт имел неосторожность появиться там и его автоматически назначили дежурным.
Вскоре джамрану и алактинец толкались перед окошком изоляционной камеры. Шакрены просто стояли в сторонке и ждали окончания процедуры. Пока что на полу камеры стояло нечто бесформенное и обледенелое, покрытое наростами и кристаллическими отложениями.
– Очистим? – поинтересовался Зверь, и все как-то забыли, что надо взлетать.
– Давай, – разрешил Габриэл.
Внутри камеры зашумело, из сот высунулись сотни раструбов, и оттуда повалил белёсый пар, орошая неведомую летательную штуковину со всех сторон. Когда, наконец, пар развеялся, то…
– Родной ты наш, – с умилением проговорил Гилех.
– Раз-збегайсь! – предупредил Зверь.
В камере снова загудело, раструбы втянулись. Изоляционные переборки разъехались, и поддерживаемый полем корабль мягко вплыл в отсек. Немного покрутился для пущего эффекта и плавно опустился…
– Красавец, – восхитился Рокен.
Мини-звездолёт напоминал раковину улитки. Он блестел после обработки, искрился цветом металлика и мигал отражателями. Даже огни по периметру корпуса неярко вспыхивали…
– Поразительно! – воскликнул Гилех. – Хорошо сохранился.
– Не похож на джамранский диск, – отметил Фиримин.
– Это не матричный крейсер, – пояснил бортинженер. – А, скорее всего, модуль-разведчик – часть матричного диска. Соотнесите размеры… Таких у нас давно не выпускают. Это древний корабль.
– Настоящий корабль традиционалистов… – прошептал Рокен.
Горящий в глазах генетика исследовательский азарт сменился полной исследовательской эйфорией. Он обошёл корабль и коснулся выпуклого бока. По левому борту тут же зажглась надпись…
– Сан… тар Дарх… дэн… хад, – Рокен отступил подальше, чтобы прочесть всё словосочетание. – Сантар Дархдэнхад…
– Это имя? – поинтересовался Фиримин.
– У модулей нет собственных имён, – покачал головой инженер. – Название матричного корабля.
– Что оно означает? – спросил Гэбриэл.
– Если близко по смыслу, – сосредоточенно произнес Гилех. – Примерно, как… «Галактический странник, тенью крадущийся среди звёзд». Можно просто – «Галактический странник».
– Галактический странник, – задумчиво проговорил Рокен. – Что-то знакомое… Я когда-то изучал древнюю историю. Увлекался ещё до факультета генетики… Только бы вспомнить. Попаду на Рэпсид и пороюсь в архивах.
– Откроем его, – подпрыгивая от нетерпения, предложил Гилех.
Шакрены переглянулись. Бесстрашие джамрану частенько граничило с безрассудством. Это сбивало с толку даже одержимых наукой самрай-шак.
– Сперва проведём бактериологический анализ, – разумно воспротивился Миритин. – Как врач, я рекомендую просканировать корабль на уровень патогенов и наличие микроорганизмов. А прежде чем войти туда, взять средовые пробы.
– Достаточно надеть маски, – проворчал Гилех.
– Как врач и главный микробиолог, я настаиваю, – более жёстко повторил Миритин.
– Ну что такого страшного может быть внутри джамранского корабля? – недоумевал учёный.
– Да неужели? – развлекались у него в голове дмерхи. – Совсем-совсем ничего? А как же ужасы традиционной генетики?
– Не утрируйте, – вздохнул Гилех. – Ладно, чего уж тут. Сканируйте.
