Шаттл приземлился рядом с эллипсонами – летательными аппаратами тигримов. Гэбриэл выбрался из шаттла первым. Вдохнул морозного воздуха, выдохнул облачко пара, окинул взглядом склоны, потопал, разминая ноги, задрал голову и… остолбенел.
Высоко над плато в голубом небе вихрилось белое сияние с льдисто-сиреневым кружевом по краям.
– О, броковы духи! – вырвалось у Гэбриэла. – Космическая воронка!
Он так и стоял, запрокинув голову, пока заботливый Фиримин его не подвинул.
– Это то, что я думаю? – спросил шакрен, любуясь сиянием и внутренне ликуя. – Межпространственная аномалия?
– Да, – с готовностью подтвердил Ррагтагорр. – «Ледяной змей», как говорят наггевары. Но это лишь его хвост… Остальное находится за пределами галактики.
– Так вам удалось стабилизировать аномалию? – Гилех вылез следом за Фиримином.
– В некоторой степени, – кивнул тигрим. – Хвост иногда чудит в непогоду, гуляя по небу. По нему можно предсказывать бурю.
Фиримин чуть не выпустил ндарима и не запрыгал вместе с ним по площадке. Помешала обычная шакренская невозмутимость.
– Межпространственный вихрь, – заворожено твердил он. – Кто бы мог подумать?! Кто бы мог… Но я предполагал.
– Ещё мы называем его межпространственным искажением, – откликнулся Ррагтагорр. – В бурю он похож на ледяной смерч. Неуправляемую стихию.
– Но вы смогли его обуздать, – напомнил шакрен.
– Частично, – поправил тигрим.
– Представляю, как он выглядит из космоса, – улыбнулся Фиримин.
– Синий и льдистый, как застывший водоворот известкового озера, – ответил тигрим.
Фиримин, не теряя времени, принялся выгружать оборудование. Ррагтагорр остановил его, еле убедив, что это не обязательно. Лаборатория по изучению межпространственной аномалии оснащена всем необходимым. И учёные с радостью поделятся своими наработками.
Ррагтагорр добровольно взял на себя роль проводника и ответил на все вопросы. Тигрим пообещал всяческое содействие, когда путешественники рассказали о своей миссии – установить буй. По дороге в научный центр к ним присоединился ещё один учёный, молодой Нурркнаррион.
– Можно просто Нуррк, – широко улыбаясь, сказал он.
Карие глаза тигрима лучились дружелюбием, а ярко-медные волосы пламенным ореолом обрамляли симпатичное полосатое лицо.
– А меня Рраг, – подхватил Ррагтагорр.
В сопровождении тигримов Гэбриэл, Гилех и Фиримин ступили в самое сердце Вероссы – горное поселение республики. Позже к ним присоединились Рокен с Миритином на втором шаттле, оставив Зверя на орбите под присмотром Нимрадилль и бортинженера. По этому поводу Гэбриэла мучили сомнения. Кто ещё за кем присматривал…
Учёные показали путешественникам город и поведали его историю.
– Астуэлла – самое крупное поселение на планете, – рассказывал Нуррк. – Миллион жителей. Здесь сосредоточена основная энергия… Веросса – холодный и неприветливый мир, но и наше спасение.
– Вы отказались от терраформирования? – недоумевал Гилех.
– Веросса – уникальная планета. Единственная, в системе Хвоста, с пригодной для дыхания атмосферой и водой. К примеру, Асельм
«Идеальный мёртвый космос», – подумал Гэбриэл, представляя вампиров на коньках, выписывающих пируэты на метановом льду. Под огромными пульсирующими звёздами… Он тряхнул головой.
«Брр!»
– … Снаружи – морозно. Днём в согревающих комбинезонах вполне терпимо, а ночью можно выходить только в маске. Температура падает до минуса шестидесяти тиглов и ниже.
«Градусов», – решил Гэбриэл.
– На горячих озёрах климат комфортнее… Мы любим тепло и полуденную жару… – мечтательно проговорил Рраг, – но, так или иначе, приспособились. Вернее, наши предки, а большинство из нас родились здесь. Хотя, кое-кто из первопроходцев жив до сих пор. Вот уже почти триста лет мы скрываемся на Вероссе. Но первые поселенцы не были беженцами… Скоро вы это увидите, и у вас сложится полноценное представление…
Речь тигримов казалась Гэбриэлу чудной и витиеватой, но вскоре он привык. Или позитронный переводчик адаптировал друг к другу разные лингвистические конструкции.
– Сюда, – пригласил Нуррк, когда перед ними распахнулись очередные чеканные створки. – Лаборатория аномалий уже близко. Через три перехода и один подъём за следующим залом.
В свете жёлтых ламп блестел красноватый металл, украшенный чеканкой, с непонятными рисунками и символами.
– Этот костяк города, – объяснил Рраг. – Корабли первых поселенцев. Они-то и стали фундаментом… Во всех отношениях.
– Сколько их было? – поинтересовался Фиримин.
– Несколько сотен, – ответил Нуррк. – Точнее не скажешь. Первая городская сеть. Основа и всё, что надстраивалось позже, теперь неразделимы.
«Какие они многословные», – вздохнул Гэбриэл, разглядывая новый коридор.
В отличие от зала, переход был полностью из камня. Лишь металлические балки под самым потолком. Да с одной стороны тянулись узкие пластиковые окна.
