— О, да, конечно, он-то всё мигом решит! — хмыкнул юноша. — Так же, как решил проблему с отравлением Гарри на первом курсе. Или, возможно, историю с Василиском на втором? Или, быть может, он как-то помог Сириусу, когда его без суда запихнули в Азкабан? Или когда в прошлом году Питер Петтигрю обнаружился в школе? Или когда похитили Гарри? О! Или когда волшебная кора Гарри разваливалась на части? Он тогда придумал просто гениальное решение — блокировать его магию и превратить Гарри в чёртова сквиба. Воистину, он шикарно решает все проблемы, Гермиона, — под конец этой речи на губах Тома по-прежнему играла улыбка, но глаза были холодны как лед. — И ты еще спрашиваешь, почему мы ему не доверяем?
Гермиона поняла, что этот спор ей не выиграть
— Но надо же хоть кому-то рассказать! — беспомощно произнесла она. — Нельзя просто узнать такой секрет и оставить его при себе. Это может быть опасно, в конце концов!
— Может, Снейпу рассказать? — помолчав, предложил Гарри.
— Нет, — в один голос отрезали Том и Гермиона.
— Почему? — расстроился Поттер.
— Он тут же расскажет Дамблдору, — закатил глаза Том, а Гермиона одновременно с ним произнесла:
— Он же бывший Пожиратель Смерти.
Оба слизеринца непонимающе взглянули на девушку.
— А это тут при чем? — нахмурился Гарри.
— При том, — вздохнула Гермиона, — что ему не стоит доверять.
— Ты не права, — покачал головой Поттер и тут же сменил тему. — Может, Сириусу рассказать?
— Ему тем более рассказывать не стоит, — фыркнул Том. — Он взбесится и наломает дров.
— И что ты предлагаешь? — раздраженно уточнила Грейнджер. — Просто промолчать?
— Давай подождем немного и понаблюдаем? — предложил Гарри. — Не стоит что-либо сейчас предпринимать. Слишком всё непонятно. Если мы сейчас необдуманно вмешаемся, то можем все только испортить. Лучше попробуем незаметно выяснить, что происходит.
— При условии, что ты не сдал себя с потрохами, пока шарил в кабинете Грюма, — отстраненно напомнил Том.
Гарри пожал плечами.
— Даже если Крауч теперь знает, что мы знаем, что Грюм знает, что мы знаем, он же не знает, что именно мы знаем.
— Я даже комментировать это не хочу, — Том поморщился, помассировав виски.
— Тогда, думаю, решено! — оживленно хлопнул в ладони Гарри. — Ждем и наблюдаем?
Он выжидательно посмотрел на Гермиону. Она несколько мгновений в молчаливой задумчивости кусала губы, после чего нехотя кивнула:
— Хорошо. Мы подождем.
Ещё некоторое время разговор вращался вокруг разного рода предположений, но как ни пытались, друзья так и не смогли придумать ни одной мало-мальски разумной причины для такой подмены и, сдавшись, оставили тему, договорившись вернуться к ней, когда у них появится новая информация. Том хотел еще немного понаблюдать за картой и посмотреть, действительно ли Грюм не покидает своего кабинета. Гермиона все еще настаивала, что стоит хоть кому-то рассказать, в итоге слизеринцы согласились, что если ситуация никак не изменится, они расскажут Люпину. Он не был так эмоционален, как Сириус, и, возможно, мог бы посоветовать что-нибудь действительно стоящее.
На этом все трое разошлись по своим делам. Гермиона отправилась в библиотеку, а Гарри и Том вернулись в слизеринское общежитие. Всю дорогу Арчер ворчал, что показывать Гермионе Выручай-комнату было плохой идеей и явно дулся из-за того, что прошлой ночью Гарри отправился на разведку один, ничего ему не рассказав. Поттер на недовольство друга реагировал смиренным молчанием, решив дать тому возможность выпустить пар. В конце концов, в какой-то степени тот имел право злиться.
*
Всё воскресенье Гермиона не находила себе места. Ей совершенно не нравилась идея просто молча наблюдать за происходящим и ничего по этому поводу не делать. Творилось нечто очень странное, а эта парочка гениев из подземелья просто решила оставить все как есть! Она и так, и эдак прокручивала в голове возможные причины подмены, но не могла понять, зачем мистеру Краучу и профессору Грюму этот маскарад. В одном Гарри был прав — вся эта ситуация была до ужаса нелогичной. Но как же быть?
До самого вечера она продолжала мысленную дискуссию с совестью и здравым смыслом. В итоге, как обычно, победил последний, и, проворочавшись до глубокой ночи в кровати, терзаемая сомнениями, Гермиона все-таки приняла то решение, которое казалось ей правильным.
Выбравшись из кровати, она тихо, чтобы не разбудить соседок по спальне, оделась и спустилась в гостиную, где к этому позднему времени никого уже не осталось, а комната была погружена в темноту. Остановившись на последней ступени, Гермиона мгновение помедлила, задаваясь вопросом, правильно ли она поступает, потом тряхнула головой, отгоняя последние сомнения, и уверенно вздернув подбородок, пересекла гостиную. Она уже стояла у самого выхода, собираясь открыть проход, ведущий в коридор, когда все свечи и огонь в камине одновременно вспыхнули, заливая гостиную мягким оранжевым светом. Гермиона вздрогнула, резко обернулась и застыла, в изумлении распахнув глаза.
