Когда я застонала от очередного всплеска возбуждения и протянула руку, чтобы коснуться его напряжённого члена и направить в себя, Мирон захватил мою руку и завёл над головой, приковав к постели. Другой – я притянула его за шею и впилась в губы дерзким поцелуем, проникая глубоко и сплетаясь с его умелым языком. Его вкус, мой запах на его губах – всё смешалось в яростный коктейль, вылившийся в жгучее нетерпение, и я заёрзала под ним.
– Хочу тебя…– умоляюще вырвалось из груди вместе с неровным дыханием.
Тогда Мирон выпустил руку, резко развёл мои колени, и мы оба замерли на секунду. Я впилась ногтями в его плечи, сгорая от одного его взгляда, жадно ласкающего, впитывающего мою душу, разрушающего все границы, что были нарисованы мной, им… И в тот миг, как его пульсирующий ствол вошёл меня, словно прорезая материю самого пространства и времени, я выгнулась и вскрикнула от судорог во всём теле. Захотелось закричать на весь свет: «Ты мой – навсегда!», но, прикусив губу, зажмурилась и задрожала всем существом, вбирая в себя такой долгожданный дар.
Мирон не медлил и почти сразу стал двигаться быстро, глубоко, алчно овладевая не только моим телом, но и всем существом. Не осталось ничего, что бы разделяло нас в это космическое мгновение соития тел в самом сокровенном действе. Я прижалась к нему, скользя пальцами по влажной коже плеч, и стонала во весь голос, дразня его, распаляя так долго сдерживаемое влечение. Как всё это было не похоже на все другие…
Мощные крутые толчки в меня вызывали то дрожь, то мучительно нестерпимое блаженство, разделяя на молекулы и склеивая вновь. Я задыхалась и кричала, замолкала и смеялась сквозь слёзы, замирала и обрушивалась своей дикой лаской – всё сливалось в единый поток какого-то немыслимого удовольствия за гранью реальности. Каждое его проникновение отзывалось тягучим томлением и желанием большего. Но чего ещё было желать, если сейчас он был полностью в моей власти и сама растворялась в нём…
Я плавилась в его руках под тяжестью его красивого сильного тела, под его прожигающим взглядом и от его не скрываемого блаженства на лице, от которого во мне всё трепетало, будто у впервые влюбившейся девчонки.
Его воспалённое дыхание заглушало разум, пытающийся взять привычную жизнь под контроль, но я отбрасывала эти попытки, ещё крепче прижимаясь к мужчине, который отдавался мне искренне и самозабвенно, как в последний раз.
Наши тела уже были влажными, воздух в комнате – душным. Но остановиться на миг, значило бы, потерять друг друга навсегда в такой проникновенный момент. Ни он, ни я не позволяли этому случиться.
Освободив от себя, Мирон тут же перевернул меня на живот, всколыхнув острое недовольство, лишив возможности видеть его лицо. Но как только горячий член скользнул внутрь, заполнив меня до звёздочек в глазах, я прогнулась в пояснице и сама задвигалась в быстром ритме, насаживаясь на него, скользя в призывном движении, наслаждаясь новыми ощущениями и тем, как он помогает двигаться мне, крепко держа за талию и постанывая в унисон.
Ощутив его крепкие руки на груди, я замедлила в круговом движении на его необыкновенно твёрдом члене и оглянулась, облизывая губы. Вслед за его пальцами, ласкающими соски, от головы к бёдрам прокатывались электрические волны, ударяясь о его пресс и возвращаясь с новой силой, обжигая кожу груди и опаляя щёки. Никаких сил не хватало выдержать эту ласку. Я сама отстранилась и повернулась к Мирону, чтобы немного остудить пыл и не сломаться под напором неистового вожделения.
Он стоял на коленях, широко расставив их, и смотрел на меня восхищённым взглядом. Облизнувшись, я опустила глаза на его член и сглотнула. Он поблёскивал моим секретом, подрагивал и был абсолютно совершенен. И конечно, полная эпиляция добавляла ему аппетитности. Обхватив его ладонью, неспешно поглаживая, я приникла к губам Мирона, томно покусывая их, скользя языком между ними и ловя его поцелуи. Его борода и усы лишь добавляли остроты ощущений. А потом медленно увела поцелуи к шее… груди… животу и, наконец, оказалась в соблазняющей близости к тому, что вызывало такой трепет и жажду обладания.
Мельком взглянув на Мирона, я закрыла глаза и со вздохом блаженства окунулась в райское наслаждение от минета. Нежная кожа, упругий ствол, замирающее дыхание мужчины от откровенной ласки – возбуждало до дрожи в груди и усиливало желание доставить как можно больше удовольствия и ему, и себе.
Пальцы Мирона оказались у меня на затылке и ненавязчиво помогали найти наиболее правильный угол движения. Его член скользил в мой рот и обратно, язык обводил головку, ласкал уздечку, губы то плотно смыкались вокруг, то отпускали на свободу, а руки мяли его крутые ягодицы, и всё это время я чувствовала, что мы обнажены друг перед другом не буквально, а на более глубоком уровне. И это опьяняло, позволяя всё новым и новым фантазиям воплощаться в чувственные ласки…
