Переход Красной Армии весной 1943 г. в наступление обозначил перспективу приближения ее к границам Польши. Командование ГЛ стремилось не только усилить боевую деятельность своих отрядов, но и придать им характер настоящей военной структуры. Совершенствовалась деятельность Главного штаба и местных штабов. Была проведена их реорганизация, подготовлены инструкция «Организация Гвардии Людовой», «Устав ГЛ», «Устав полевой службы партизанских отрядов ГЛ». Были введены офицерские и сержантские звания, принятые в польской армии, учрежден знак отличия «Крест Грюнвальда». В итоге в течение 1943 г. ГЛ превращалась в сплоченную вооруженную силу. Хотя по численности и общественной поддержке, по техническому и материальному обеспечению Гвардия коммунистов весьма уступала АК, она стала заметным фактором антигитлеровского сопротивления в Польше.
Весной 1943 г. ЦК ППР посчитал своевременным поставить вопрос о характере власти и будущем устройстве Польши, 1 марта 1943 г. быда опубликована программная декларация ЦК ППР «За что мы боремся?». Во имя успешной борьбы народа с оккупантами и будущих преобразований коммунисты выступили за отмену всех мандатов «подпольного государства», за создание временных органов власти – рад народовых (национальных советов) всех уровней, от гминных и городских до правительства включительно. Они предлагали по антифашистским мотивам конфисковать все виды бывшей польской государственной, еврейской и крупной, в основном, иностранной собственности, захваченной оккупантами, обобществить банки и крупные предприятия с введением на них рабочего контроля, возвратить мелкую и среднюю собственность ее бывшим владельцам. Такая программа была направлена против восстановления права на собственность наиболее богатой части общества, а значит и на ее власть. Она не угрожала среднему и мелкому собственнику города, быть представителем интересов которого претендовало Стронництво праци (СП). Фактически ППР предлагала союз Сикорскому. Коммунисты ввели в программу традиционное требование людовцев о разделе крупной (свыше 50 га) земельной собственности между крестьянами, но скорректировали его в пользу сельскохозяйственных рабочих и малоземельных крестьян, за что выступали и социалисты.
Таким образом, социально-экономическая программа ППР сближала политические позиции коммунистов с СЛ-РОХ и ППС-ВРН. Не расходились позиции ППР, ППС-ВРН, СЛ-РОХ и по общей формуле власти, которая должна принадлежать рабочему классу, и, по терминологии коммунистов, его союзникам – крестьянству и интеллигенции. Однако программе ППР явно недоставало акцента на общедемократические принципы организации общества и интересы среднего крестьянства, в чем проступали следы классового подхода, свойственного левым радикалам. Это вызвало критическую оценку документа Г. Димитровым в Москве, где уже ставился вопрос о применении опыта сотрудничества СССР с западными демократиями к послевоенной Европе, в частности к Польше.
Во внешнеполитической части программы ППР выступала за неукоснительное выполнение правительством польско-советского соглашения 1941 г. Партия считала, что союз между Польшей и СССР соответствует государственным интересам страны, полагала необходимым «проводить внешнюю политику, опираясь на союз с Советским Союзом», сохраняя при этом добрососедские и союзные отношения с народами стран антигитлеровской коалиции. ППР настаивала на включении в состав Польши «всех польских земель – на спорных территориях действует воля народа». По сути дела, это означало признание права народов, и конкретно «польских» украинцев и белорусов на самоопределение. ППР предлагала полякам сделать шаг к признанию изменений восточных границ страны, происшедших в сентябре 1939 г.[575] Итак, коммунисты принципиально расходились с политическими силами правительственного подполья по вопросам внешнеполитической ориентации страны. И позитивное отношение ППР к восточной границе 1941 г. было наиболее трудно преодолимым препятствием на пути к массовой поддержке и доверию большинства общества.
