Дорога нас вывела на достаточно пологий и вместе с тем высокий холм, откуда были видны далёкие изгибы реки. Глаз не мог рассмотреть всё в подробностях, но движущуюся единую сталью массу из техники и людей не заметить было нельзя. Такая сила внушает. Руссланд может и добился определённых успехов ударом из подтяжка, но теперь ему придётся не сладко. Уже к завтрашнему утру вся эта мощь будет у города Йыхви, через два дня у Нарвы, а самое большее через неделю Руссланду придётся защищать уже свои границы.
Приказав всем укрыться за кустарником, лейтенант подозвал к себе радиста. Воин с металлическим коробом за спиной и сдвоенной антенной, выглядывающей из-за затылка почти на голову, резво подошёл. Нажав несколько кнопок на гарнитуре весящей на животе, щёлкнул тумблером на плече. Передал приёмник лейтенанту, пристально смотрящему в бинокль в противоположную сторону от движущихся войск.
Он уже было хотел начать докладывать, как по ушам резанули помехи. Блац сурово глянул на радиста. Тот живо нажал ещё несколько кнопок. Порция помех охотно отозвалась на эти манипуляции. Ещё попытка, и снова неудача. Явно начавший потеть радист снял рацию, которая весит не один десяток килограмм. Развернув к себе открыл щиток. Поковырявшись с пол минуты он уже сам взял в руки приёмник вращая переключатель. После чего поднял голову на лейтенанта рассеяно доложив.
-Мон, связи с главным штабом нет.
-Тогда давай тыловой.
Ещё минуту копошения в рации пол сотни щелчков и несколько таких же наполненных помехами ответов.
-Мон, связь с тыловым штабом так же отсутствует.
-Вызывай тогда ставку командующего наступлением.
Минута, вторая. Наблюдавшие за округой бойцы украдкой, через плечо, начали переглядываться.
-Мон, -Радист покраснел утерая пот. Поднял голову на лейтенанта в замешательстве. –Связь со ставкой… отсутствует.
Глаза Блаца превратились в узкие щёлки. Он явно готов ударить радиста. И есть за что, если он угробил рацию, то…
-Мон, рация, как и приёмник в полном порядке. Проблема имено с принимающей стороной. –Поторопился прояснить ситуацию радист.
-Ты уверен? –Вопрос от лейтенанта прозвучал, как угроза.
-Мон, так точно, мон.
-Тогда вызови ближайшую к нам группу.
Удалось без проблем. Уже через пяток секунд послышалось.
-Старший лейтенант, Игорь Крауке на связи.
-Говорит, старший лейтенант, Юргин Блац, у меня отсутствует связь с главным штабом, с тылом и ставкой командующего наступлением. Мне нужно передать…
-У вас тоже?! –Удивлённый голос из приёмника перебил лейтенанта.
-Что значит тоже?! –В отличии от говорившего с той стороны Блац скорее был зол.
-На протяжении последних семи минут пытаемся установить связь хоть с кем-то из командования.
-Связь с другими передовыми группами есть?
-Да. У них аналогичная проблема.
Вдруг по коже будто прошлись электрической щёткой. Все вокруг вздрогнули в рации раздался сухой треск. По наитию словно что-то почувствовав все разом повернув головы в сторону наступающей армии Гетлонда. Накатил странный животный страх, призывающий немедленно бежать, прятаться.
Одной минутой ранее…
Полковник Антон Шапкин стоял в огромном рве, под ним словно гигантская ступень расположился ещё один такой же ров только шире. Общая глубина обоих рвов составляет почти двадцать метров, а длинна более четырёх километров.
Разработанный генеральным штабом план после безуспешной попытки одним ударом сокрушить Гетлонд и ряда не достигших успеха операций на северном направлении, всё равно казался до нельзя авантюрным, зиждущемся на одном лишь «авось». Все эти недели он каждую минуту ожидал, что ему сообщат о серьёзных проблемах, о невозможности реализации плана или о том, что Гетлонд прознал о плане и подготовил контрмеры.
