– Вольфман король, да. Но надолго ли? Скоро Эльба станет королевой Станхенга, и нам важно знать, что она на нашей стороне.
– Думаешь, ей придется по вкусу разговор о скорейшей кончине ее мужа?
– Думаю, она достаточно умна, чтобы понимать, к чему ведет болезнь Вольфмана. – Аргон хлопнул Ксеона по плечу и побрел вниз по лестнице. – Поговори с ней.
Он скрылся из виду, а Ксеон опустил взгляд на свои руки и внезапно улыбнулся. Впервые ему нравилось дело, которое ему поручили.
Томми снял металлический замок с заржавевшей дверной ручки, нервно огляделся и перевел взгляд на свою спутницу. Рия выжидающе вскинула брови:
– В-все?
– Аргон прибьет меня, – пожаловался Томми. – Если он узнает, что я пробрался в главный архив станхенгской библиотеки…
– Он н-н-ничего не узн-нает.
– Тогда узнает твоя сестра! А она королева! Нам обоим голову снесут.
– Не в-выдумыв-вай.
Рия потянула массивную серебряную дверь на себя и уверенно прошмыгнула в маленькое помещение, заставленное книжными стеллажами. На полках лежали старинные летописи визирей Станхенга. Пожелтевший скрученный в трубочки пергамент отливал плесенью. Рия неожиданно подумала, что в эту часть библиотеки никто не заходил целыми десятилетиями! Все знания, сосредоточенные в архаичных документах, пылились в сумраке вдали от вудстоунского солнца. Она услышала, как Томми закрыл за ними дверь, и сосредоточилась на изучении объема работы. Книг оказалось не так уж и много.
– Что ты ищешь? – поинтересовался парнишка, прижав дверь спиной. Ему не нравилось, что он действовал втайне от Аргона, хотя тот приказал не ввязываться в неприятности. – Нам нельзя здесь находиться. Ксеон уши мне надерет!
– Ксеона з-з… здесь н-нет.
Рия схватила в охапку стопку пыльных записей и уселась за стол. На самом деле она не понимала, что ищет. Рассказы о друидах? Легенды о Первых Людях? Почему у сыновей Барлотомеев не проявлялись силы земли? Когда вудстоунцы перестали верить в магию? У Рии появилась прекрасная возможность познакомиться с культурой Вудстоуна и побывать в самом сердце Станхенга! Но сердце у него оказалось старым и заплесневевшим.
Рия с трепетом вспомнила о библиотеке в Дор-Валхерене. Дома к книгам всегда относились бережно, ведь в них описывались история их народа, традиции и обычаи. Там Рия вычитала о своем деде, Мальстреме Полуночном, и о Лейстере Полуночном, который принимал участие в первых переговорах трех стран и сражался в битве с Лаохесаном. Она зачитывалась историями о предках, о возведении горного замка Эридана, о первом вожде Полуночных и о превращении женщин королевской крови в Змеиных жриц. Каждый день ложился на бумагу, словно эриданская песня, чтобы будущие поколения знали, кому они обязаны своей жизнью и куда течет река их судеб.
Но в Станхенге люди жили иначе. Они не оглядывались назад, а смотрели вперед. Они не верили в духов и силу исповедания, им не нравилось говорить о своем прошлом и о том, что существуют незримые вещи, контролирующие их жизнь. Они верили лишь в то, что могли потрогать или увидеть. Возможно, потому магия стихий и покинула их страну. Каменные Сердца перестали чувствовать, они лишь разгоняли кровь по венам.
Рия пробежала глазами по блеклым буквам и неожиданно увидела знакомое имя, выведенное твердой рукой:
– Что там? – хрипло спросил он и неуклюже почесал затылок. Его неизменная серая повязка неуклюже съехала на лоб.
– Лаох-хесан.
– Огненный всадник?
Рия кивнула, провела пальцем по бумаге и прочитала: «
Рия поморщилась, словно почувствовала отвратительный запах, и откинулась на стуле. Для нее, дочери Атолла Полуночного, вождя страны, в которой брак был священным обрядом, прочитать о внебрачной связи было ужасным преступлением. Узнай об этом отец, ей запретили бы посещать архив до скончания веков.
– Ну же, что ты молчишь? – не унимался Томми. – Что там написано?
Рия посмотрела на мальчишку. Он стоял достаточно близко, чтобы самостоятельно прочитать строки, выведенные уже поблекшими чернилами на пергаменте. Более того, она не хотела вслух произносить то, что было там написано.
– Вот. – Девочка ткнула пальцем. – Ч-читай.
– Да я… я плохо читаю.
– Плохо?
– Аргон пытался научить меня, но у меня времени не было. А тебя кто научил?
– Эльба. Она з-занимал-лась со мной к-ка-каждый д-день.
