– Лорд Астбери использовал хлороформ, который раньше применяли хирурги, чтобы усыпить пациентов. Он не опасен и не имеет долговременных побочных эффектов. Миссис Треватан считает, что лорд Энтони нашел его в медицинском шкафчике в буфетной. Страшно подумать, сколько средство там простояло. Она дала мне бутылочку, и я отправлю образчик в лабораторию.
Ребекка облизала пересохшие губы.
– Я думала, что никогда от него не избавлюсь.
– Представляю, что вы пережили. Впрочем, я наблюдаю за лордом Астбери с тех пор, как отец передал мне свою медицинскую практику, и сильно сомневаюсь, что он мог сделать вам что-то плохое, даже находясь в таком состоянии.
– Он считал, что я его бабушка Вайолет, – пробормотала Ребекка.
– Да, миссис Треватан мне сказала.
– Он ведь не знает, где я? Он не придет сюда?
– Не бойтесь, вы в безопасности. Лорд Астбери не знает, где вы, и после такой дозы снотворного еще долго не придет в себя. Постарайтесь не вспоминать о том, что произошло. Давайте лучше я вас осмотрю.
Пока доктор проводил осмотр, Ребекка лежала молча. В голове роились тысячи вопросов, но не было сил произнести хоть слово.
– Как голова? – спросил он, послушав сердце.
– Ужасно болит.
– Очевидно, хлороформ не пошел вам на пользу. Кстати, я собирался заглянуть к вам завтра утром, поскольку, полагаю, выяснил причину вашего недомогания.
– Правда?
– Да, и смею вас уверить, вам не о чем беспокоиться, – улыбнулся он.
– Я беременна?
– Нет, Ребекка. Все анализы в норме. Я объясню вам все завтра, а сейчас, – доктор Трефузис достал из медицинской сумки несколько таблеток, – предлагаю принять легкое успокоительное, которое поможет вам уснуть.
– А что с Энтони? Почему он был в платье? Почему называл себя Алисой?
– Это долгая история, и я расскажу вам ее завтра, когда отдохнете. Сейчас вам лучше поспать.
Доктор Трефузис поднялся:
– Я скажу молодому человеку, что он может вернуться. Доброй ночи.
– Как она? – бросился к доктору Ари.
– Все хорошо, только страшно напугана. Ее можно понять.
– Даже я пришел в ужас, увидев Энтони в этом… костюме, – признался Ари. – Ребекка не будет чувствовать себя в безопасности, пока его не запрут под замок. Вероятно, надо вызвать полицию? В конце концов, он ее похитил.
– Пусть решает мисс Брэдли, – ответил доктор. – Однако прежде чем она примет решение, я хотел бы с ней поговорить. Приеду завтра утром. Доброй ночи.
Ари вернулся в номер, сел на кровать и взял Ребекку за руку.
– Как вы?
– Нормально, – едва слышно прошептала она, не открывая глаз.
– Вы не против, если я останусь у вас на ночь? Посплю на диване в гостиной.
– Нет! – Девушка открыла глаза и схватила его за руку. – Не уходите! Пожалуйста, останьтесь здесь, со мной.
– С удовольствием, если хотите.
– Да, спасибо. Так много вопросов, голова идет кругом, – вздохнула она, разжав руку.
– Сейчас вам нужен отдых. Постарайтесь уснуть, – сказал Ари и направился к креслу в углу комнаты.
– Ари… – смущенно промолвила Ребекка.
– Да?
– Вы не могли бы подержать меня за руку? Я хочу знать, что вы рядом.
– Тогда мне придется лечь к вам на кровать, я отсюда не достану, – усмехнулся он.
– Ладно.
Ари прилег рядом, девушка свернулась калачиком и прижалась к нему, как беззащитный ребенок.
– Спасибо, что вы здесь, – прошептала она.
– Доброй ночи, – ответил Ари.
На следующее утро Ребекка сидела у себя в номере с чашкой кофе и слушала доктора Трефузиса.
– У лорда Астбери диагностировали шизофрению, когда ему было около тридцати пяти. После смерти матери у него произошел нервный срыв, и он проявлял поведение, аналогичное вчерашнему. Ничего удивительного – Дейзи всю жизнь опекала его, как несмышленого ребенка, не позволяя сделать ни единого самостоятельного шага. Энтони почти год продержали в местной психиатрической лечебнице, пока не удалось стабилизировать его состояние. Никто не знает доподлинно, какова природа этого заболевания; уверен, что и трудное детство сыграло свою роль.
– Он разговаривал со мной, – вспомнила Ребекка, – когда был… в этом наряде. Рассказывал, что мама покупала ему красивые платья из «Хэрродз».
– Действительно, мать Дейзи с детства внушала ей, что мужчины – зло. Поэтому когда ее заставили выйти замуж и произвести на свет наследника – мальчика, Дейзи отказалась это принять, – пояснил доктор Трефузис. – Можете спросить у миссис Треватан или у ее матери, Мейбл. Обе знают его светлость с первых дней жизни. Он все детство носил девичьи платья и ленточки в волосах.
– О боже, бедный ребенок! – ужаснулась Ребекка. – Я видела в кабинете фотографию маленькой девочки, похожей на Энтони. Я еще подумала, что это его сестра, а выходит, это был он. А как реагировал отец Энтони?
