Морриган, сама того не ведая, явно наступила на больную мозоль. И все же это не повод вторгаться в ее личное пространство. Невольно она вспомнила Дэмьена. А как бы отреагировал он, окажись Агнес от него настолько близко? Отшвырнул бы королеву Пропасти, как когда-то ее? Или для подобной вспышки требовалось прикосновение?
Безумие, что она вообще сейчас думала о нем.
– Давайте сойдемся на том, что мы обе рады тому, что я не веретница, – сухо роняя слова, предложила Морриган. – И все же наверняка на вашей памяти случалось что-то подоб…
– Убирайся, – потребовала Агнес.
Оттолкнувшись от подлокотников, наконец отстранилась, увеличивая расстояние между ними – еще не до комфортного, но вполне терпимого.
Больше всего Морриган хотелось послушаться спесивую королеву и поскорей покинуть Тольдебраль. Прячущаяся по углам тьма здесь казалась живой, воздух – пропитанным запахом пепла, полыни и смерти. И если Морриган Блэр, дочери той, что повенчана с миром теней, а стало быть, и со смертью, было неуютно здесь… это говорило о многом.
Но в том, что случилось с Клио, есть и ее вина. Да, прошлое не перепишешь – никакая, даже самая сильная магия на это не способна. Но Клио, на которую за короткий срок свалилось так много несчастий, была в настоящем. Хоть сейчас Морриган могла запрятать поглубже свою гордость и заглушить вопящие во все горло инстинкты, призывающие немедленно бежать из Тольдебраль.
– Послушайте, я не хотела вас обидеть, – устало произнесла она.
– Обидеть? – неприязненно переспросила Агнес. – Я, по-твоему, похожа на ранимую девчонку? Нет, ты не обидела меня. Лишь оскорбила древнейшую ветвь магии, к которой я принадлежу.
Морриган попробовала начать сначала.
– Моей сестре нужна помощь…
– Она веретница?
– Нет.
– Полуночная?
Морриган замялась, без труда сохраняя внешнюю невозмутимость – нельзя, чтобы Агнес прочитала что-то по ее лицу. Соврать? Но у королевы Пропасти достаточно прислужников, способных увидеть правду с той стороны. Магия, к которой Морриган, будучи зеркалицей, так часто обращалась сама, внезапно обернулась против нее.
– По крови.
Агнес скривилась.
– Как и ты. Но это не мешало тебе предать свою кровь и стать охотницей.
Удержать раздраженный вздох оказалось сложнее. Похоже, Агнес принадлежала к категории людей, которые от скуки или маниакальной одержимости контролировать все доходят до того, что выдумывают кодексы, устанавливают жесткие рамки правил, а после требуют неукоснительного их соблюдения. Впрочем, возможно иначе никак, когда ты королева колдунов-отступников, обладающих разрушительной полуночной магией и вместе с этим готовых ради магии и исполнения своих темных желаний на все.
– Клио стала полуночной, спустившись в самую бездну. – Если что и спасет Морриган сейчас, так это правда. Точнее, крохотная ее часть. – Она провела в мире теней несколько дней, когда ее душа была отделена от тела.
Агнес сложила руки на груди, явно заинтригованная рассказом. Вдохновленная, Морриган продолжила. Рассказала о том, что Клио заключила сделку с фомором, надеясь, что это станет для них с Агнес связующим звеном и расположит королеву к сестрам Блэр. Раз она так защищает догмы веретничества, должна проникнуться симпатией к той, кто пошел по ее стопам.
– Останься Клио в мире теней – чего я, конечно, для нее не пожелала бы, – она продолжала бы платить по счетам, отдавать демону свою силу. Но сейчас она на это просто не способна!
– Рассветная, – прошипела Агнес так, будто обожглась.
– Больше нет.
– Но была.
Морриган утомленно прикрыла глаза. Диалог с твердолобой королевой Пропасти выпивал из нее все соки.
– Расскажите мне все, – вдруг прошептала Агнес, уставившись в пустоту перед собой.
Холодок пробежал по коже, стоило понять, что обращается она к сущности мира теней.
Обычно веретница заключала сделку с одной демонической тварью, тем самым привязывая фомора к себе, пропуская в мир, который так их манил. На то, чтобы поддерживать симбиотическую связь даже с одним демоном, у веретников уходило немало сил. Но что-то подсказывало Морриган, что в Тольдебраль сущностей было больше. Шея зудела от скользящих по ней ежеминутно взглядов – невидимых, но от этого не менее ощутимых. Вряд ли все прирученные Агнес твари мира теней были демонами. Но велика вероятность, что, взгляни Морриган по сторонам через полуночный осколок, увидела бы, что замок буквально кишит тенями.
Отвернувшись вполоборота, Агнес вела с прислужниками тихий разговор. О том, что выпытала та достаточно, Морриган поняла, когда с ее лица схлынула вся краска. Стало понятно и то, что помощи от королевы Пропасти она не дождется.
– Твоя сестра, – Агнес выплюнула это слово так, будто оно было ругательством, – отправляла души мира теней в чертоги Дану.
Морриган нахмурилась, недоумевая.
– И это плохо, потому что…
И без того тонкие губы королевы сложились в едва заметную, словно ниточка, линию.
– Мир теней принадлежит Балору, как и все души мира теней. Дану крадет их…
