Морриган устремила на него взгляд, который должен был передать, насколько она возмущена подобным смехотворным предположением. Чтобы она, дочь Леди Ворон, и чего-то не умела! К счастью, у Дэмьена было слишком мало времени, чтобы убедиться в собственной правоте. Сосредоточив внимание на немертвом страже, он нарисовал в воздухе огамический знак.
– Я знаю, что ты нашла способ разорвать веретническую связь, – хрипло произнесла Морриган.
Сирша стиснула руки и отвернулась.
– Я… Я хотела стать рассветной ведьмой. – Она вздернула подбородок, но поникла мгновение спустя. – Смешно, правда? Оказалась среди себе подобных, но не могу даже с ними заговорить.
Рассветная ведьма? Не так уж и удивительно. Нередко дети полуночных ведьм, насмотревшись на жуткие ритуалы матерей и на их не менее жуткие последствия, навсегда зарекались обращаться к полуночной магии. Что уж говорить о веретничестве, которое даже у Морриган вызывало брезгливую гримасу. Впустить в себя темную сущность, которая будет паразитировать, пить твои жизненные соки, взамен давая право творить мощнейшие полуночные чары, привлекать на свою сторону демонов и духов, насылать порчу на людей… Она всегда считала веретничество самым мерзким из всех разновидностей полуночной магии. Даже более мерзким, чем магия крови. Кто знает, как повернулась бы ее судьба, если бы Бадб была веретницей. Вполне возможно, что тогда Морриган пошла бы по пути Клио, навсегда отринув родовой дар.
Впрочем, пять лет назад, казалось, она сделала именно это.
– Сирша, ты должна рассказать мне, как разорвать связь с миром теней.
Обезличенная настороженно взглянула на Морриган.
– Я… не могу.
– Сирша!
– Ты не понимаешь. Я уже совершила предательство и несу наказание за это. Но мама никогда не простит меня, если тайна выйдет за пределы нашего клана. Нет, за пределы этого двора!
Морриган шагнула к ней. Ее голос зазвенел от напряжения:
– Разве ты не хочешь освободить тех, кто, как и ты, против своей воли оказался связан с миром теней?
Сирша молчала, обхватив себя серыми руками за серые плечи, будто пытаясь согреться. Морриган понимала: с каждой секундой охватывающего недоверия к чужакам она все больше замыкается в себе.
– Заклинание, Сирша! Или что там, обряд? Воззвание к Дану? Сирша!
Голос веретницы упал до едва слышного шепота.
– Прости. Я… не могу.
Морриган мысленно чертыхнулась. Терпение – это ресурс, который в ее организме истощался слишком быстро.
Плевать, если поставленная Дэмьеном печать превратит ее разум в кашу. Она выбьет из Сирши эту маленькую тайну. И неважно, что успела проникнуться к ней симпатией. Обезличенная стояла между Морриган и нормальной жизнью Клио – пусть со слепотой, но без преследующего ее демона из мира теней. Значит, Сирша – враг. А с врагами у Морриган разговор короткий.
Едва она успела крутануть кистью, привлекая энергию мира теней и позволяя ей оплести пальцы, раскаленный шип вонзился в голову, отчаянно пытаясь выжечь мозг. Дэмьен молниеносно перехватил ее ладонь. Несколько мгновений они казались влюбленной парой, которая нежно держится за руки на романтической прогулке. Потом берсерк сбросил свою, ледяным тоном сказав:
– Морриган, можно тебя на минуту?
Не дожидаясь ответа, Дэмьен за локоть оттащил ее в сторону.
– Охлади свой пыл. Твои замашки охотницы здесь не помогут, – прошипел он, едва не сверкая глазами. Спасибо, хоть не алыми.
– Тогда говори с ней сам! – взорвалась Морриган, вырывая из его хватки руку.
– Мне она не доверится. Я могу не знать многого, но людей я знаю. Научился их понимать. Она чувствует во мне силу зверя. Чувствует во мне берсерка и подсознательно боится. Но ты… – Дэмьен развернул Морриган за плечи лицом к себе, ловя ее ускользающий взгляд. – У тебя есть история. Ты можешь завоевать расположение Сирши. Но только если покажешь другую свою сторону, если забудешь на минуту об образе дерзкой и независимой охотницы за головами и полуночной ведьмы, готовой в любой момент испепелить весь мир. Если поговоришь с Сиршей как любящая сестра.
– Какая пламенная речь. Долго репетировал?
Недобро усмехнувшись, он отступил на шаг. «Тебе решать», – говорил его взгляд.
Разговор по душам – что может быть проще для такой, как Морриган? Для той, что запирала эмоции внутри, прекрасно зная, что всегда найдутся люди, которые захотят воспользоваться ее уязвимостью? Она привыкла не оставлять камня на камне от своих слабостей или, если не могла избавиться от них, старательно их прятать. Ее так научили.
Запрокинув голову, Морриган резко выдохнула и решительным шагом направилась к Сирше. Та съежилась, словно испугавшись, что ее сейчас ударят. Нет, в семье Фитцджеральд определенно только одна королева.
