– Сирша, я понимаю, что прошу от тебя многого. Но я прошу не для себя. Мою сестру убили. Благодаря магии вуду я сумела вернуть ее к жизни… или к некоему ее подобию, но я слишком долго искала способ ей помочь. Находясь в мире теней, она заключила сделку с фомором. Она не желала становиться веретницей. Она вообще не думала, что вернется в мир живых, и хотела посвятить свое посмертие тому, чтобы помогать душам. Но теперь… теперь демон врывается в мир живых и мучает Клио, высасывая из нее рассветную силу. – Морриган прикрыла глаза. – Я знаю, тебе нелегко. Но однажды ты снимешь маску и счастливо заживешь рядышком с сестрой. А моя ослепла на всю оставшуюся жизнь и вынуждена навсегда остаться в Пропасти, в чужой для нее вселенной. Я должна сделать для нее хоть что-то. Хоть как-то изменить к лучшему ее новую жизнь.
Сирша долго молчала. Так долго, что Морриган уже потеряла надежду на ответ.
– Хорошо. Я помогу. Есть одни чары…
Морриган в нахлынувшем порыве обняла ее. Отстранилась, смущенная, но все же прошептала сердечное «спасибо». Сирша расплылась в улыбке, которая странно смотрелась в тандеме с жутковатой маской и переизбытком серого.
На землю их обеих спустил прохладный голос Дэмьена.
– Есть только одна проблема. Прежде, чем Сирша сможет наложить на Клио чары, нам нужно расплести печать, запрещающую колдовать. И поверь мне, она гораздо серьезнее той, что красуется на твоей ладони.
Точно. Если Дэмьен забрал у нее способность призывать полуночные чары, то печать обезличенных лишала отступников и рассветных. Серьезное наказание – быть колдуном по крови или по способностям, но вообще лишиться возможности колдовать.
– Кто может знать плетение печати, которое позволит нам ее сломать?
– Мама, – тихо ответила Сирша. – И доверенные ей лица. Я не знаю, кто они, извини.
– А еще Трибунал, у которых отступники Пропасти эту печать и… позаимствовали.
– А значит, и Департамент, – задумчиво рассматривая внутренний двор монастыря, отозвалась Морриган. Смиренно вздохнула, сжимая в ладони амулет зова. – Есть у меня один знакомый…
Вот только ли согласится ли он помочь?
Просьба отыскать по каналам Департамента способ сломать печать явно обескуражила Ника.
– Я знаю, что прошу тебя о многом… – вкрадчиво начала Морриган.
– Что именно вы собираетесь делать?
– Помогать Клио. Вот так новость, да?
– Кто она такая? – Ничуть не смутившись, Ник подбородком указал на Сиршу. – И что это за маскарад?
Интерес в глазах Сирши слегка померк, Дэмьен еще больше нахмурился.
– Что за допрос? – Морриган скрипнула зубами.
– Я не доверяю полуночным. Вот так новость, да?
– А есть другие кандидаты в помощники? – с прохладцей спросил Дэмьен, который нелюбовь к законникам впитал, наверное, с молоком матери.
– А это еще кто? – насторожился Ник. Вероятно, в поле его зрения берсерк не попадал.
– Так, вы оба! – прикрикнула Морриган. – Клио нужна наша помощь!
– Расскажи мне все, – потребовал Ник. – Без утайки. Без уловок. Без обмана. Представь, что мы – наши версии десятилетней давности.
Дэмьен переводил хмурый взгляд с него на Морриган. Казалось, ему не нравилось хоть о чем-то быть не осведомленным.
Выслушав Морриган, Ник долго молчал. Лаконичный ответ «Хорошо» – словно четкая, аккуратная подпись.
– Невероятно… так много людей готовы ей помочь, – стискивая ладонью узкое запястье, тихо сказала Сирша.
А ведь правда. Она, закутанная в серое веретница, помогала незнакомому человеку по просьбе таких же незнакомцев, берсерк проявлял чудеса неравнодушия, а инспектор Департамента полиции был готов поступиться собственными принципами и преступить закон. И все это – ради Клио.
– И я благодарна тебе за то, что ты – одна из них. Неважно, чем все это закончится… но если я когда-нибудь смогу ответить тебе тем же…
– Не нужно, – с улыбкой покачала головой Сирша. – Я просто рада, что смогу помочь хоть кому-то.
«Вы с Клио точно найдете общий язык».
– Ладно, – решительно сказала Морриган, будто подводя черту. Взглянула на Ника. – Я спектрографирую для тебя печать Сирши. Попробуешь отыскать нужное плетение?
Он с готовностью кивнул. Морриган повернулась к Дэмьену.
– Что? Только не говори, что хочешь позвать в Пропасть и
– Предлагаешь расплетать печать на расстоянии? Как ты себе это представляешь?
– Не Пропасть, а проходной двор. Сначала охотница, теперь инспектор полиции. Что дальше? Пригласим на чай мэра Кенгьюбери? Или сразу верховного трибуна?
– Хватит быть таким твердолобым! – С вызовом глядя в лицо берсерка, Морриган процитировала: – По мне, так это навешивание ярлыков – лишь попытка оправдать свое невежество и нежелание выбраться за пределы своего маленького, уютного, изученного вдоль и поперек мирка.
Память у нее всегда была прекрасная. Или вернее назвать это злопамятством?
– Только через мой труп, – отрезал Дэмьен. – А чтобы это устроить, тебе придется постараться.
И как говорить с человеком, который на каждый твой аргумент отвечает безоговорочным «нет»?
– Я могу устроить нам встречу в одном местечке Кенгьюбери, куда никакие ищейки носа не сунут, – предложил Ник.
