– У меня появилась идея, но понятия не имею, что из этого выйдет. Во-первых, многое будет зависеть от самой Клио. Во-вторых, в случае, если задуманное удастся, это не будет… нормальным человеческим зрением, а значит, Клио придется еще долго привыкать к своему новому существованию.
– Моя сестра слепа, Дэмьен, – сухо проговорила Морриган. – Хуже быть уже не может. Если есть способ вернуть Клио возможность видеть мир – пусть не так, как прежде, но видеть, я должна его знать.
– Лесные ведьмы.
Нахмурившись, опустилась на стул с высокой спинкой, на которую был небрежно наброшен ее плащ. Что-то подсказывало, разговор будет долгим.
Глядя на Дэмьена, она озадаченно пыталась понять взаимосвязь между лесными ведьмами и слепотой Клио. Лесные ведьмы, большие мастерицы в управлении живой природой, растениями и животными, с неприязнью и страхом относились к камням и металлам. Сильнейшие из них и вовсе подчинили себе оборотничество – аниморфизм, овладев способностью по собственной воле, пусть и на короткий срок, превращаться в зверей. Существовало поверье, что каждая лесная ведьма после своей смерти становилась животным в лесу, близ которого жила и который питал ее силы при жизни.
Многие лесные ведьмы слыли хорошими знахарками. Их отвары с толикой магии могли избавить человека от легкой хвори или проклятия вроде душницы. Но целительная сила лесных ведьм ограничивалась природной стихией, а никакие травы, даже сдобренные магией, не способны вернуть человеку зрение.
– Лесные ведьмы? – не скрывая скепсиса, переспросила Морриган.
– Что бы ты ни слышала, среди них есть не только знахарки и травницы, но и целительницы.
– И все равно я не понимаю. Что в арсенале лесных ведьм есть такого, чего нет у полуночных ведьм и мамбо? И чем они отличаются от тех целительниц, которые пытались помочь Клио, но с треском провалились?
– Они – туата.
В словах Дэмьена ей почудился некий вызов. Чтобы он, и защищал ведьм? Всегда готовая обороняться, Морриган скрестила руки на груди.
– Все мы, ирландцы, потомки Туата Де Даннан. А значит, так или иначе, принадлежим к туата.
– И как думаешь, насколько чиста кровь современных ирландцев? Сколько первородной силы Дану они сумели сохранить?
Морриган покусала губы, не желая так быстро признавать поражение. Уловив ее сомнения, Дэмьен продолжил цеплять ее на крючок.
– Лесные ведьмы не допускают смешения крови. За редким исключением не допускают в свой клан чужаков. Браки – только своих со своими. А сохраняя чистоту крови, они сохраняют и силу Дану.
«А значит, сильнее прочих ведьм».
– Хорошо. Давай навестим этих твоих лесных ведьм.
Кто она такая, чтобы упускать, возможно, последний шанс вернуть зрение Клио?
Остановившийся на ней взгляд был пристальным и острым.
– Ты должна отпустить Клио со мной.
– Никогда, – резкий ответ сорвался с губ прежде, чем Дэмьен успел закончить. Морриган выдохнула, смягчаясь. – Я должна быть с Клио.
Хотя бы сейчас.
Рядом с сестрой она все время чувствовала свою вину. Оттого, что не справилась. Не защитила. Не смогла предотвратить безумие, в которое превратилась ее жизнь.
– Если что-то снова пойдет не так, и надежды Клио разобьются, как хрупкая ваза, я должна быть с ней. Я боюсь… боюсь, что еще одного разочарования она просто не выдержит.
Дэмьен, помедлив, кивнул.
– Только есть одна проблема.
– Я знаю, что лесные ведьмы живут закрытой общиной. Но даже если они ненавидят чужаков, я сумею убеди…
– Ты не понимаешь. Лесные ведьмы охотно помогают тем, кому требуется помощь. Я знаю это наверняка, потому что не раз приводил к ним людей, которым никто во всей Ирландии помочь не сумел – против их болезней и проклятий любые чары оказывались бессильны. Таких людей, как… Клио.
– Почему ты молчал?
– Умеешь ты проявлять благодарность, – усмехнулся Дэмьен. – Я говорю сейчас. И к тому же… Я до последнего был уверен, что уж в Пропасти найдется тот, кто поможет ей.
Морриган помрачнела.
– Как и я. Но если лесные ведьмы не против чужаков, в чем тогда проблема?
– В свой лес они впускают лишь тех, чья душа чиста, а руки – не запятнаны кровью.
Она отвела взгляд.
– И что, нет никакого способа переубедить их?
– Способ есть, – со странным вздохом ответил Дэмьен.
Морриган так резко повернула к нему голову, что хрустнули позвонки.
– Но весьма болезненный и жестокий. Обряд очищения. Это долгое и сложное испытание и для тела, и для разума, и для души.
Она подалась вперед и впилась в берсерка яростным взглядом.
– Почему ты думаешь, что, едва услышав о том, что мне предстоит, я тут же поверну назад? Почему все считают, что мне нет дела до других? Я кажусь эгоисткой? Да, возможно, так и есть. Но существуют люди, которые мне дороже всего остального мира. Если ради Клио нужно будет вывернуть наизнанку свою душу и тело, я это сделаю. Если нужно будет продать демонам душу лишь для того, чтобы сестра осталась жива, я и на это пойду. Я сделаю все…
– Знаю. Я знаю, каково это – бороться за любимых.
