– Спасибо, – наклонившись к плечу, прошептала голубке Клио. – Спасибо, что показала мне мир.
Морриган обнаружила себя лежащей на тонком покрывале в шалаше из сплетенных друг с другом ветвей и листьев. Странно, но голова совсем не болела, а во всем теле поселилась какая-то странная, неестественная легкость. Ни следа прошедшего ритуала, но… Казалось, те отголоски чужих жизней, плавно перетекших в смерть, навсегда теперь останутся с ней. Где-то там, глубоко под кожей.
Она качнула головой. Не самое худшее, что могло случиться.
– Очнулась?
Дэмьен, пригнувшись, вошел в шатер. Места здесь только для двоих и хватало.
Колдовская интуиция? Или он не раз уже проверял в беспокойстве, пришла ли Морриган в себя? Она отвела помрачневший взгляд, ненароком вспомнив, как рыдала в объятьях Ведающей Матери прямо у него на глазах.
– Клио…
– Она в шатре Веды. Все хорошо. Веда просила дать тебе это.
Сев в позу лотоса, она подозрительно уставилась на протянутую ей чарку.
– Морриган, ради всего святого! Веда очистила твою душу светом Дану, впустила тебя в Неметон, а теперь бьется над тем, чтобы вернуть зрение твоей сестре! Можно в качестве исключения хоть капельку доверия?
Изумленная пылом Дэмьена, она взяла чарку. Кажется, их с Ведающей Матерью связывала крепкая дружба. Или она была одной из немногих, кого берсерк по-настоящему уважал?
Морриган выпила отвар, призванный, вероятно, восстановить часть сил, утраченных во время ритуала. Лучше бы дали зелье, способное стереть его из памяти навсегда. Дэмьен, усевшись прямо на земле, внимательно следил, чтобы она выпила все. Ни дать ни взять заботливая медсестричка. Слизнув последнюю каплю с края чарки, она продемонстрировала пустое дно.
– Теперь доволен?
– Ты даже не представляешь, насколько.
Морриган фыркнула, опуская на землю чарку, однако Дэмьен остался серьезен. Он продолжал смотреть на нее. Кому-то другому стало бы неуютно под этим молчаливым пристальным взглядом… но,
– Знаешь, я никак не могу увязать в своей голове два образа. Один из них – та, что я вижу сейчас перед собой. Девушка, которая сильно меня удивила.
– И что это за девушка?
Легко, привычно спрятать волнение за ровным тоном, пропустив в голос лишь нотку любопытства. Куда сложней заставить себя не думать о том, отчего от слов Дэмьена у нее перехватывает дыхание.
– Девушка, которая ради сестры готова на все. Девушка, которая упрямо идет вперед, будто не замечая препятствий… или готовясь разбить их собственным лбом.
– Разве не каждый нормальный человек готов вылезти из кожи вон, чтобы помочь своим близким? Это норма, а не героизм.
Дэмьен рассмеялся.
– Что? – опешила Морриган.
– Святая Дану, ты готова спорить даже тогда, когда я делаю тебе комплимент!
Не сдержавшись, она рассмеялась в ответ.
– Не обязательно совершать героические поступки, чтобы быть хорошим человеком, – заметил он. – И восхищать других.
«Восхищать»?
Чтобы привести себя, разом будто опьяневшую, в чувство, Морриган задала вопрос, уже зная ответ:
– А вторая?
Из глаз Дэмьена ушла улыбка, из позы – расслабленность. Он подался вперед, на мгновение сжав челюсть, четче обозначая линию скул.
– Девушка, которая бросила младшую сестру.
– Что поделать. – Губы искривила усмешка. – Я – уникальный образец сочетания несочетаемого.
Он покивал, глядя на нее, и откинулся на стену шалаша.
– Почему ты вообще решила стать наемницей? Почему отказалась от роли могущественной полуночной ведьмы – такой, как Бадб?
Морриган прищурилась.
– Все берсерки настолько любопытны?
– За всех говорить не могу. Но этот вопрос в твоей истории больше всего не дает мне покоя. И Клио, кажется, тоже.
Она вздрогнула.
– Откуда… с чего ты взял?
Дэмьен пожал плечами, отчего скрипнула кожа его куртки.
– Мне по долгу службы положено наблюдать за людьми. А еще узнавать все о тех, кто может представлять для Доминика угрозу. Я спрашивал у Клио напрямую. Просто расспросил о тебе.
Морриган едва не заскрежетала зубами.
– Да как ты сме…
– Клио была немногословна. Сухие факты, никаких эмоций. Кроме момента, когда она сказала, что совсем не знает тебя.
– Что она сказала? – Голос внезапно сел.
– Тебя не было в ее жизни слишком долго. Как, скажи на милость, она должна понимать, кто такая теперь ее сестра? – Дэмьен взглянул на ее окаменевшее лицо и слегка смягчил тон. – Это было раньше, Морриган.
– А что изменилось? – Горечь все же прорвалась. Скрыть ее она не успела. – Видишь ли, с тех пор, как Клио воскресла из мертвых, у нас было не так много времени на задушевные разговоры.
– Поступки куда красноречивее самых трогательных, берущих за душу слов. Может, она и не знает, чем ты живешь сейчас или жила до недавних пор, кроме охоты. Что заставляет твое сердце сжиматься от страха…
«Клио».
