Я понимал, что, подпитывая тревожные сны Рэйкен и подбадривая ее в поисках семьи, своими руками подталкивал ее к этой судьбе. Но не стоит так уж однозначно судить меня. В конечном счете я искренне верил, что, когда придет время и тело Рэйкен сгорит в барьере Такамагахары, я отыщу ее душу и проведу к семье, встречей с которой она станет одержима, хоть и моими стараниями.
Но не учел я одного: тревожность Рэйкен усиливалась с каждым днем, и это сказывалось на новых контрактах. Я сам искал людей, которым требовалась «помощь», и сопровождал к ним Странницу. Рэйкен всегда долго разговаривала с ними. Ей было важно убедиться, что жертва, на которую идет человек, действительно стоит того. Она сдержанно и с расстановкой объясняла, что можно жить без души, описывала перспективы, и если поначалу тот быстро соглашался выполнить условия контракта, то дальше все становилось хуже. Она начинала задавать вопросы, которые зачастую пошатывали уверенность бедняги.
Вы уверены, что без вас вашему ребенку будет лучше? А если он будет скучать по вам так сильно, что не сможет жить, потому что все дни напролет будет думать только о вас?
Черт возьми, Рэйкен! Она начинала сходить с ума, и я ругал себя за то, что переборщил с кошмарами. Я попытался сгладить ее сны, чтобы она наконец перестала видеть брата и слышать голос матери. Но процесс был необратим.
Когда одна мико, чья душа была для меня особенно желанна, в последний момент отказалась спасти младшую сестру от скорой смерти, я обратился к ямауба[33] по имени Тоши, отвратительной ведьме, обитавшей в лесу у подножия вулкана Бандай. Эта женщина была так стара и хитра, что только одна минута общения с ней грозила мне лишением рассудка. Но увы, Тоши была единственной, кто мог избавить Рэйкен от тревожной одержимости. Мне пришлось пообещать ведьме в подарок несколько молодых женщин для ее извращенных игр.
– Четыре! Чтоб по одной в неделю строго в полночь, не раньше, – до этого я сплю, – прокряхтела она, отравляя воздух зловонным дыханием.
– По одной в неделю? Раньше каждый день кого-то воровала. Совсем стара стала.
– Ты мне тут не умничай! Сама знаю.
Спустя два дня я вручил Рэйкен блестящий сверток, перевязанный янтарной лентой. Странница развернула подарок и запустила дрожащие пальцы в белоснежный мех.
– Надевай его, когда от чувств и мыслей станет особенно тяжело.
Я знал лишь то, что этот волшебный плащ впитает в себя все тревоги Рэйкен и подарит голове ясность, а сердцу – спокойствие. Но я не думал, что эта вещь будет ее продолжением. Она была ханъё, полукровкой, не способной менять облик, но благодаря колдовству ямауба становилась почти ёкаем. Стоило плащу коснуться ее плеч – как края его вросли в кожу и обтянули руки. А потом ее пшеничные волосы и коричневое кимоно резко потеряли цвет и будто покрылись искрящейся пылью, такими белыми они стали. Мех засеребрился, и весь силуэт Рэйкен объяло слабым свечением.
Я смотрел на нее, не скрывая удивления и восхищения, она же вытаращилась на свои руки, а потом вдруг тяжело и надрывно вздохнула и тряхнула головой. Белоснежные волосы разметало в стороны, несколько прядей отделились от копны и затанцевали вокруг нее.
– Спасибо, – прошептала Рэйкен, все еще удивленная случившимся. – О таком я и мечтать не могла…
– Только не носи его постоянно, а то привыкнешь к легкости и сойдешь с ума от нахлынувших мыслей, если вдруг с этой штукой что-то случится. Это как с ядом: чтобы не умереть от него, нужно принимать каждый день по чуть-чуть.
Рэйкен пристально посмотрела на меня, а потом вдруг улыбнулась широко и в рыжих глазах заплясали задорные огоньки. Давно я не видел ее такой.
– Есть место, где я буду прятать его.
И все снова закрутилось. Я вернул ее кошмары, правда, не сразу и не много – только чтобы она не забыла о семье и о своей вине. Мы продолжили исполнять контракты, мое тело впитывало чудесную человеческую силу, и я чувствовал себя по-настоящему счастливым. Даже без хого, которого никак не мог найти. Ничего, рано или поздно это случится. Рэйкен приведет меня и к хого, и еще кое-кого найдет.
Плащ она прятала на ночь и спала плохо (я часто присматривал за ней), но, отправляясь на помощь очередному бедняге, всегда надевала его. Благодаря колдовству, сглаживающему ее эмоции, Рэйкен с невероятной скоростью совершенствовала свои навыки. Ее руки больше не дрожали, когда пальцы тянулись за душой. Она действовала уверенно, словно видела человека насквозь.
Однажды мне попался дряхлый старик, который и без нашей помощи со дня на день испустил бы дух. Каким-то образом этот дурак пять лет назад умудрился жениться на молодой вдове, которая родила ему ребенка. Девочка явилась на свет чахлая, вся в коричневых пятнах и с коротким мохнатым хвостом. Мы отправились посмотреть на нее. Рэйкен думала, что жена его была духом или ёкаем, но я быстро убедился, что в этой женщине нет ничего потустороннего. Обычный человек. Правда, насолила какой-нибудь ведьме, вот та и прокляла ее потомство. Забава скучающей колдуньи.
