Непонятным остаётся одно. Почему' же ефрейтор Медведев, тот самый Мишка, столько побоев, обид и оскорблений терпевший от своего однофамильца, молчал тогда. Но, получив одну-единственную затрещинуот лейтенанта, побежал жаловаться. Видимо, что не позволено Юпитеру, то позволено быку7. Бить срочника позволяется только друтому7 срочнику. А лейтенанту - нельзя.
Никто из солдат не осудил Медведева за написанный рапорт. Некоторые, наоборот, поддержали. Хотя Пашков не особенно портил жизнь солдатам и сволочью, в отличие от некоторых других офицеров, никогда не был.
А несколькими месяцами ранее один из солдат тоже написал рапорт. Только не на офицера, а на нескольких срочников. И даже не рапорт написал, а устно пожаловался. И вот что с ним было.
Ангел в нашей части был один. И звали его Лёня Рыськов. Ангелом он был, во-первых, потому что был человеком верующим. Этим, в принципе, в последние двадцать пять лет никого не удивишь. Но он, в отличие от большинства, был по-настоящему верующим. То есть он посещал церковь, читал библию, соблюдал пост и выступал против секса до свадьбы. А самое удивительное - Лёня не матерился! Больше ни одного человека в части я не припомню, который бы не ругался матом в тех или иных объёмах. Короче -ангел.
А дьяволов было несколько. В сущности, практически весь личный состав -это черти натуральные. Однако в инциденте участвовали лишь отдельные представители ада.
Дьяволом выступил Макс Иванов. Довольно странный персонаж. На дьявола не похож. Но именно он оказался предводителем карательного отряда.
Первым замом дьявола быт Саня Васютин. Вот это, и правда, настоящий чёрт из табакерки. Впрочем, чёртиком он был безобидным. Славился Санёк своим весёлым нравом и искромётным чувством юмора. Все его действия носили иронический характер. Правда, смешно, как выяснилось, иногда было не всем.
Второй зам дьявола - ещё один чёртик, Денис Кузьмин. Даже внешне похож. Не самый приятный персонаж. В батальоне быт писарем. По нарядам не ходил. На смены не заступал. Однако же в деятельности карательного отряда принял живое участие.
Старшим помощником дьявола выступил Олег Петренко. Имея интеллигентскую внешность - высокий, худощавый и в очках -на интеллигента быт похож мало. Стихов не писал. Наукой не занимался. И Рыськова не любил. Хотя внешне они немного похожи.
Также помощником дьявола быт и Димон Остряков. К чему сводилась его функция в работе карательного отряда, мне неизвестно. Сам он никогда мною ни в какой противозаконной деятельности замечен не был - наоборот, по возможности был готов помочь другому. Тем не менее, и его фамилия впоследствии звучала в связи с операцией «Синие камни».
Ну и шестёркой дьявола быт неизменный Коля Карлович по фамилии Джалагания. Он почему-то избежал возмездия. Вероятно, потому что быт не столько активным участником, сколько группой поддержки. То есть в ходе операции он бегал рядышком и поддакивал. Тявкал в сторонке. У него это вообще хорошо получалось.
Моральную под держку7 операции «Синие камни» обеспечивал Глеб Лукичев. Активного участия в деятельности карательного отряда не принял, поскольку7 находился на дежурстве. Однако если бы он был в расположении в ту7 ночь, то наверняка встал бы во главе войска. Поэтому7 и его фамилия звучала в перечне исчадий Ада, но, вследствие наличия алиби, к ответственности он привлечён не быт.
Итак, с действующими лицами познакомились. Теперь перейдём к предыстории.
Лёня Рыськов быт не понят армейским коллективом. Сами взгляните: матом не ругается, богу молится, иконку с собой таскает, секс ради удовольствия не признаёт - короче, не от мира сего какой-то вообще. Чего с ним делать?
Ну, в нормальном обществе, если человек не мешает, то на него просто не обращают особого внимания. Оставляют в покое, предоставляя самому7 себе.
Но армию нормальным обществом назвать никак нельзя. И здесь введена всеобщая стандартизация. Она относится не только к форме одежды и причёске. Она касается лексикона, манеры поведения и образа мыслей. И если солдат не соответствует общепринятому облику, сослуживцы от него не отстанут.
Рыськов всегда был готов прийти на помощь. Когда ему7 приходила посылка, он угощал всех её содержимым, мало что оставляя для себя. Он ни на кого не орал. Вообще, кажется, никому7 за время службы слова плохого не сказал.
Так что его быстро возненавидели.
Сначала над ним начали подсмеиваться за его ортодоксальную точку зрения на сексуальную свободу граждан. Потом стали ловить на противоречиях его религиозных взглядов (мол, чего ж ты выпиваешь бокал шампанского в новый год, если религия тебе пить не позволяет). Потом обнаружили, что он любит поесть, и тут же вспомнили про обжорство. Стали притаскивать к нему на пост конфеты и жрать у него перед носом. Разумеется, сами они не считали для себя зазорным на гражданке обжираться, бухать и трахаться. Но они-то просто верующие, им можно. А он такой вот весь религиозно-праведный, ему’ не положено.
