Мы так и шли рука об руку за Туманным котом, как хотелось называть теперь Тию. Мы петляли как и раньше, но продвигались вперед очень быстро. Без Тии мы подолгу выбирали дорогу. Нирс щупал палкой кочки, илистые лужи и покрытые жухлой травой земляные островки. Легко преодолевались мрачные топи. Скоро мы смогли сесть на коня и теперь двигались рысью. Впереди нас ловко бежал дымчатой молнией юркий Тия. А позади нас стелился плотный туман.
Сидеть впереди Нирса стало привычно. Уже совсем по-родному придерживали за талию сильные руки. Топи вокруг уже не казались такими страшными, потому что рядом с нами был тот, кто знал их как свои коротенькие пять пальцев. Если бы мы не пошли через болота, нас бы уже нагнали. А так у нас есть в запасе немного времени, пока преследователи не преодолеют это естественное препятствие.
Из топей мы выбрались ближе к утру. Тия уже некоторое время вел нас по вполне ровному склону холма, поросшему лесом. Возле одного из ручьев мы остановились, чтоб напоить коня, передохнуть немного и проститься с нашим уникальным провожатым.
– Топи конец. Дальше ровно, – объявил зверек. – Тия домой. Маи ждать. Тия ждать. Тия спать.
– Рада была познакомиться, Тия, – потрепала я нового друга за холку и он тут же зафырчал. – Маи передай спасибо.
– Шани хорошая. Нирыс хороший. Каю забрать. Помогать. Не чужак. Семья.
– Спасибо, – поблагодарил Нирс.
– Гости ходить, – пригласил любезно Туманный кот. – Тия рад.
Он улыбнулся и исчез в тумане.
Мы немного постояли, задумчиво глядя ему в след. Удивительный они народец. Робкие, но в то же время умелые. Уязвимые и наивные для врагов, но крепко привязанные к семье, они совсем не глупы и не примитивны, как принято думать о таких народах на Равнине. Интересно, как сложится жизнь у этой семьи. Найдут ли они способ изгнать из своего леса браконьеров? Или, может, попытаются повторить фокус с поджогом, когда охотники восстановят загоны. В любом случае, пусть боги защищают и помогают им.
Дальше мы ехали молча. Бессонная ночь в топях давала о себе знать. Я могла сидеть в седле ровно только потому, что меня держал Нирс. Что держало его, я не знала. Когда мы, наконец, вышли из леса на дорогу, солнце сделало почти полный круг по небосводу.
– Что это за дорога? – спросила я.
– На Каурию, – ответил Нирс.
– А что за город впереди.
– Маравик. Отдохнем.
– Ты говоришь как Тия, – сказала я и, не глядя на него, поняла, что он улыбается в ответ.
На подъезде к городку наш конь уже не мог идти рысью от усталости и медленно плелся, опустив голову. Его никто не подгонял. Если он падет загнанный, мы останемся без средств к перемещению и вынуждены будем или полагаться на свои ноги, или искать нового коня. Потому к городским воротам мы вообще подходили пешком, ведя несчастное животное в поводу.
Привратник бегло осмотрел нас и более придирчиво – наши сумки. Их содержимое интересовало его больше, чем наши персоны. Удостоверившись, что ничего особо ценного или предназначенного для продажи нет, он спросил о цели нашего визита в Маравик и записал нас в книгу учета посетителей города как Ратиана и Наурию – молодоженов из дальнего городка Чивенк. Собрав обратно содержимое вывернутых после досмотра сумок, мы прошли в ворота, возле которых мирно дремали прямо стоя два стражника.
– Боги, храните лентяев, – тихо пробормотал Нирс, когда мы миновали арку ворот. Я не удержалась и хихикнула.
Городок был перевалочным пунктом для тех, кто путешествовал с востока на запад и обратно и отличался узкими серыми улицами и обилием питейных заведений и трактиров. В отличие от праздничного и уютного Мьяри, Маравик был грязным. Неровные крыши разных по высоте слепленных боками домов торчали из земли как кривые зубы в гнилом рту бездомного. Тусклые серые и коричневые стены изредка освежались голубыми или синими ставнями. Иногда можно было увидеть крашеную дверь или крыльцо. Только вывески были яркими. Кабак «Малыш Тан». Пекарня «Свежая выпечка от Брога». Таверна «Веселый разбойник».
Среди всеобщей неяркости большой дом с выкрашенными в красное стенами очень привлекал к себе внимание. Я шла мимо, а мой взгляд против моей воли был прикован к освещенному окну на первом этаже, где под мерными толчками какого-то мужчины изгибалась от наслаждения женщина. Ее обнаженная грудь была вжата в оконное стекло. Мужчина, чье лицо было не разобрать, брал ее сзади медленно, не торопясь. Ее ладони упирались в красную раму. Ее глаза были прикрыты от удовольствия. Она прикусывала красные губы, подставляя себя мужским ласкам.
Я вспыхнула от смущения и с поспешно оторвала взгляд от откровенного зрелища, чтоб тут же увидеть соседнее окно, на подоконнике которого сидела стройная рыжая женщина со спущенным на талии платьем. Пухлая грудь с розовыми вершинками торчала представленная бесстыжим взглядам зевак. В одной руке женщина держала бокал вина. Другая ее рука скрывалась между ее распахнутых бедер. Тонкие пальчики нежно поглаживали там, а их хозяйка призывно поглядывала на прохожих.