Рывком открытая дверь испуганно вскрикнула не мазаными петлями и вздрогнула от удара об стену повозки. Дакатка вскочила на ноги и испуганно вжалась в стену, когда он пошел на нее.
– Где? – рявкнул Нирс. Данка побледнела. Он вспомнил. От него не укрылось это выражение ее лица. Оно еще больше уверило его, что она причастна к исчезновению Шани.
– Где она! Где Шани?
– Она бросила тебя, пока ты лежал раненый! Марку забрал ее, и они уехали!
– Ты врешь! Это ты? Ты что-то сделала!
– Нет! Она сама! Сама! Променяла тебя умирающего на здорового и красивого! – Данка была похожа на испуганно тявкающую перед грозным противником мелкую собачонку. – Она подарила тебя мне! Как вещь!
– И все равно узнаю, где она! Так что лучше тебе сказать!
– Не скажу! Тебе все равно с ней больше не быть! Все ваши совместные пути отрезаны! Тебе лучше смириться! Я предлагаю тебе счастье и свою любовь, а ты готов бежать за ней как верный пес, которому наладили пинка, а он все равно тащится за тем, кому не нужен.
– Пойми ты! Я с тобой никогда не буду!
– Будешь, – сверкнули коварством карие глаза. Взревевшая об опасности интуиция охотника напружинила его тело. Дакатка достала откуда-то из складок платья серый конвертик, надорвала резко край и сыпнула содержимое, целясь прямо в лицо Нирсу. Он отшатнулся. Светлый мелкий порошок рассыпался облаком над мужчиной, грозя накрыть того полностью. Охотник упал откатываясь назад. Он вывалился за порог повозки на землю. Порошок осел на деревянный пол. Земля, которую Нирс встретил собственной спиной вышибла воздух из груди. Дыхание сперло. Охотник пытался отдышаться и подняться.
Данка шмыгнула мимо него из повозки как рыжая вороватая мышь.
– Стой! – прохрипел Нирс, поймав край ее подола.
Дакатка вскрикнула, вырывая свою юбку из его рук.
– Даро! Спаси! – крикнула она, прячась за спиной подошедшего предводителя дакатов. – Он хочет убить меня!
Она спрятала лицо за плечом даро и заплакала.
– Объясни, э! – наклонил голову бородатый дакат.
– Нет! Не правда! – Нирс поднялся с земли. – Она знает, где моя Шани и не хочет говорить. Даро, в благодарность за мою помощь, молю, попроси ее рассказать.
– Данка? – обернулся даро.
– Она ничтожество! Она бросила его раненого. Это я спасла его! Я вызвала духа, который вылечил его! А она предала его и уехала с Марку! Но я наказала ее!
– Что ты сделала? – Нирсу показалось, что его волосы встали дыбом от напряжения.
– Наказала, – выкрикнула Данка, словно гавкнула из-за плеча защитника. – Она теперь старуха! Слышишь? Она старая! У нее волосы седые. Ты не хочешь быть со мной, но и с ней не будешь!
Нирс готов был взреветь от ярости. Как она посмела? Кто она такая, чтоб наказывать?
– Данка лжет, – раздался спокойный низкий голос сзади и в круг собравшихся дакатов шагнул Марку. – Данка заключила с Шани сделку.
Дакатка вскрикнула, сделав было выпад в сторону Марку.
– Молчи!
– Какую сделку, э! – отодвинул девушку рукой даро и кивнул Марку. – Говори, брат!
– Он умирал от раны, – кивнул в сторону Нирса дакат. – Данка свела Шани с духом, а взамен потребовала, чтоб Шани оставила его навсегда и никогда не пыталась вернуть его. Чтоб Дух вылечил охотника, Шани отдала половину своей жизни.
Даже дакаты отшатнулись, услышав это. Нирсу казалось, что ему одним ударом срубили обе ноги, но он еще не падает, потому что подвешен за шею, а Данка затягивает петлю.
– Данка? – даро вытащил дакатку из-за своей спины за шиворот. – Ты что натворила, Данка?
Дакатка застыла бледная, схватившись за сжимающие ее руки.
– Ты обезумела, э? Как могла ты, дакатка, такое сотворить! Мы не принуждаем никого, не выпрашиваем любовь, не отбираем ее, если нам не хотят ее отдавать. Нам не нужны рабы. Заставить кого-то быть с нами против воли значит унизить себя. Мы вольный народ.
– Даро… – умоляюще пикнула Данка.
– Молчи лучше, э! Весь дакат-рунай приходил к тебе за помощью духов и за лечением болезней. Кто из народа тебе поверит теперь? Скажут, Данка нечестно просит. Ты бросила тень на всех нас!
Дакатка бледнела все больше.
– Заприте ее в повозке, – приказал даро, передавая Данку двум мужчинам. – Совет народа решит, как наказать ее.
Данку увели.
– Где она? Ты знаешь, – спросил Нирс и Марку кивнул в ответ. – Расскажи.
– Я проводил ее, позаботился о ней.
– К веретенникам? – догадался Нирс. Дакат снова кивнул.
– Спасибо, – бросил Нирс и побежал к своим сумкам.
– Подожди, – Марку догнал его уже возле места побоища, где Нирс бросил свои вещи. – Они связаны клятвой крови.
– Да, я слышал, – сказал Нирс, поднимая свои сумки. – Шани обещала, что не будет искать меня и пытаться вернуть. Но ей и не придется. А я такой клятвы не давал.
– Она другая теперь, – тихо добавил дакат. – Ее волосы больше не золотые, а серебряные. Лицо тонкое, а стан хрупкий.
– Ты любишь ее? – спросил Нирс, и Марку снова кивнул. – Что же ты не воспользовался случаем?
– А я не Данка, чтоб отбирать чужое. Я предлагал Шани уйти со мной, – усмехнулся дакат. – Не захотела.
– Правильно, – сказал Нирс и развернулся, чтоб уйти. – Потому что она моя.