– Они хотели, чтоб я убил тебя.
Охрана сделала рывок в сторону Нирса, но предводитель остановил их одним движением руки.
– Они послали тебя одного? – удивленно поднял бровь северянин.
– И меня одного хватило бы.
– Хватило бы?
– Мне плевать, когда именно ты умрешь.
– Вот как? Зачем же ты явился.
– Ты забрал кое-что ценное у меня. Вернее, кое-кого.
На суровом лице северянина проявилось понимание.
– А, так ты от самый неуловимый чужестранец.
– Если ты знаешь, кто я, значит понимаешь и то, что у нас с тобой общий враг. Я помогу тебе разделаться с врагами, а ты отдашь мне девушку.
– Ты можешь развернуться и попытаться уйти. Девушка останется со мной. У меня есть на нее свои планы.
– Сантор уже знает, что Бастиан обманул его, сказав, что девушку похитил именно ты. А Сантор знает, что его сестры поменялись местами. Не удивлюсь, если ты тоже это знаешь.
Фард согласно хмыкнул.
– Глумление над Мартианом очень даже успешно состоялось. Он позеленел от злости и страха. Я сам видел. Для шантажа девушка тебе тоже больше не нужна. А я могу предложить тебе взамен нее кое-что интересное.
– Я заинтригован. Что же это?
– Себя. Я буду полезен тебе больше, чем девушка. Взамен ты проводишь ее к моим друзьям, чтоб они позаботились о ней, пока я буду служить тебе. Я хочу примкнуть к твоему войску и сражаться на твоей стороне.
– Зачем ты мне нужен? У меня много отличных воинов.
– Не сомневаюсь. Но таких как я у тебя нет.
– Чем же ты так уникален?
– Выйдем, я покажу.
Северянин кивнул и указал жестом на выход. Нирса вывели первым. Секундой позже рядом стоял и Фард.
– Я готов. Порази меня, – те фразы, которые южанин произнес бы с апломбом и бравадой, из уст Фарда вылетали простыми, тяжеловесными и лишенными малейшего сарказма.
– Я могу сделать так, – Нирс воплотил своего ящера прямо перед палаткой. Зверь взвился, разорвав ревом тишину вечернего неба. Воины вскочили со своих мест, готовые напасть на ящера и защищать своего предводителя и лагерь. – Его мощи хватит, чтоб я ушел из твоего лагеря быстро и почти невредимым, потоптав при этом уйму народу. И ее хватило бы, чтоб исполнить желание Бастиана и Сантора уже раз десять за нашу недолгую встречу. А еще я могу так.
Нирс растворил ящера и воплотил его уже в другом месте.
– Неплохо, – кивнул северянин. – Я согласен. Посмотрим, как ты проявишь себя при взятии Речных Врат. Окажешься полезным, отпущу девчонку.
– Я хочу ее увидеть.
– Завтра. А пока сам отдохни и ей дай выспаться.
Нирс не стал упорствовать, хотя ему очень хотелось убедиться в ее безопасности прямо сейчас. Как бы ни был силен Нирс, он один против войска. Но северяне слыли в основном людьми чести и свое слово держали. Оставалось только надеяться, что Фард дорожит такой репутацией.
Палатка предводителя была самой большой в лагере. Я вошла вслед за моим провожатым под навес, натянутый над входом. Двое охранников отогнули полог, освобождая нам путь. Высокий воин вошел первым и остановился. Я ничего не видела из-за его спины.
– Арелита из Каруны! Сестра Сантора Яростного, законная супруга Мартиана из Каурии, – объявил он меня и шагнул в сторону.
Пространство палатки было поделено пополам бархатной портъерой, натянутой между опорами. Пол был устлан коврами и шкурами. Посреди палатки стоял письменный стол, возле которого я увидела огромного мужчину. Его руки словно две мощные колонны опирались на столешницу. Крупная голова его была посажена на мощную воловью шею. Виски были гладко выбриты и татуированы тонкими шрамами, складывающимися в родовой орнамент северного клана. Остальные волосы, черные и гладкие, лежали на широченных плечах. У мужчины были жесткие грубые черты лица, чисто выбритый волевой подбородок, плотно сжатые губы. Из под низких надбровных дуг меня внимательно разглядывали обсидианово черные немного по-волчьи раскосые глаза. Взгляд хищника, способного расправиться с любой жертвой.
Мужчина оттолкнулся от стола и выпрямился. Огромная рука поднялась, жестом приказывая сопровождающему удалиться. Приведший меня воин безмолвно поклонился и исчез за пологом палатки.
Я осталась одна вместе с этим гигантом. Что-то мне подсказывало, что и голос у него тоже будет под стать его облику. И я не ошиблась. Низкий бас, зарокотавший в его груди, словно ощущался всей кожей. Я никогда не думала, что звук может быть таким осязаемым.
Фард заговорил, а я силилась сохранить хоть какое-то самообладание. Он, несомненно, знал, каким действием обладал его голос и пользовался этим.
– Рада, что освободилась из гостевой комнаты, которую на псарне тебе выделил Мартиан? – иронично спросил он. Ответа, впрочем, ему не требовалось, и он заговорил опять. – Отдохнула немного?
Я кивнула.
– Не бойся ты так. Никто не собирается тебя мучить. Север не имеет привычки глумиться над женщинами. Такое только «чайкам» нравится. Тебя бы убили милосердно, – две горы, которые у этого мужчины назывались «плечи», поднялись и опустились.
– Зачем Вы забрали меня оттуда? – осмелела я.
– Позлить Мартиана.
Примерно так я и предполагала. Но следующая фраза сразила меня наповал.